Русские мотивы в картинах Андрея Шишкина

В эти хмурые дни За окном непогода. И не льются лучи в душу к нам с небосвода И так много причин Не заснуть до утра И тревожный наш мир Нам раскрасить пора В апельсиновый цвет Кисточкой на холсте. Чтобы наши сердца не поникли в тоске Не покрылись коростой от сводок с эфира Не разрушили в душах Желание мира Жизни ход не простой И молчит порой лира. До краев красотой Будь наполнена рифма И созвучна будь с тонкой душой.

Процесс создания данной работы, 3 дня, уложился в видео, длительностью 2 минуты)

В саду

Источник телеграм канал "Визуальное Искусство 12" - https://t.me/VisualArt12/4119

Мои картины на апрельской выставке

В Москве, в библиотеке №196 у метро Чертановская открылись выставка « Чёрный кавардак» ко Дню смеха и выставка на тему прихода весны «Апрельская свирель». На выставке две моих картины - натюрморт маслом и цветы акварелью.

В Московском музее современного искусства до 10 апреля проходит выставка всемирно известного южнокорейского художника Кван Йонг Чана

Все арт-объекты созданы из ханчжи — традиционной корейской бумаги, которая изготавливается вручную из коры шелковичного дерева.

В качестве основы для своих композиций художник использует старые бухгалтерские отчеты, любовные письма и фрагменты философских трактатов, которые он особым образом складывает в небольшие треугольники.

📍Цена билета - 350 рублей. По воскресеньям третьей недели каждого месяца вы можете посетить все площадки и выставки ММОМА бесплатно.

📍Адрес: Гоголевский бульвар, 10/2

Утро на Северском Донце

Арована

Картина выполнена акрилом на холсте с подрамником, смешанная техника. Размер: 50*40 см.

В сине-фиолетовой гамме и ячеистой структуре акрила я увидела подводный мир и поселила в него рыбу-дракона. В странах Востока арована является символом изобилия, богатства и процветания.

Картина «Солнечный ветер»

Работа написана маслом на холсте 30х35 см.

Sweet puppy,холст,масло. 30х40 см

К бассет- хаундам какая-то особая любовь,они потрясающе милые

"Житейская проза" на картинах

Картины В. Н. Бакшеева видели многие, но имя его вспоминают не так часто, как иных его коллег-передвижников. Творчество художника многогранно. С одной стороны он был талантливым пейзажистом, с другой – мастером жанровой живописи.

О самом художнике известно не так много. Василий Николаевич Бакшеев родился в декабре 1862 года в Москве, в семье чиновника. В 1877 году поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества на архитектурное отделение. На тот момент там учился старший брат художника. Надо заметить, что данное учебное заведение не имело четкого возрастного ценза для поступления, к тому же в отличие от столичной Академии художеств охотно принимало в свои ряды людей самого разного социального происхождения. Среди учеников было немало выходцев из крестьянской среды, мещан, детей небогатых купцов или мелких чиновников. Возможно, поэтому большая часть известных жанровых картин, сцен из жизни простых людей написаны именно его выпускниками. Архитектурное отделение считалось не то чтобы более престижным, скорее, перспективным в плане заработков, так как труд архитекторов неплохо оплачивался. Затем Бакшеев перевёлся на отделение живописи к педагогам В.Е. Маковскому и А.К. Саврасову. Возможно, благодаря общему наставнику Саврасову есть некоторое сходство в пейзажах Бакшеева и Левитана. В 1887 году молодой художник приехал в гости к другу С. А. Лосеву в подмосковное имение Зайцево (Одинцовский район). Там была написана картина «Девушка, кормящая голубей». На ней изображена пятнадцатилетняя сестра друга Анна Лосева. Через несколько лет Анна стала женой художника, а в Зайцево был построен дом, где супруги прожили много лет. Картину приобрел П. В Третьяков. В 1888 году Бакшеев окончил училище и за картину «Возвращение с богомолья» был удостоен большой серебряной медали и звания классного художника. Опять же надо заметить, что медаль в художественном училище (как и в академии художеств) – это результат не конкурса, а своего рода степень (вроде магистра или бакалавра) и подтверждение квалификации. Позже Бакшеев и сам стал преподавать.

"Девушка, кормящая голубей"

Пожалуй, самая известная картина мастера – «Неудачники (за обедом)». На ней мы видим небогатое семейство. Уставшая женщина, отец семейства, незаметно опрокидывающий рюмку, маленький стол с минимумом блюд, тесная комната, видавшая виды мебель (да еще и разносортная, что на картинах обычно подчеркивает бедность), пятна на обоях. Позже художник писал: «Мои „Неудачники“ […] передают отношение „маленьких людей“ моего поколения к жизни — беспросветность, забитость, рабское самочувствие». Обратите внимание на интересную деталь – юноша курит папиросу за обеденным столом. И сейчас все-таки люди покурить чаще выходят, а не дымят прямо в квартире. В то время отношение к курению было более лояльным. Но все же по возможности в комнатах не курили. В богатых домах для этого были курительные комнаты. Если у семьи была финансовая возможность, старались выделить помещение под кабинет хотя бы для главы семейства. Но у этих героев нет денег на хорошую квартиру, да и на курение за столом им уже все равно, есть проблемы более серьезные. В 1910 году картина была передана автором в дар Вятскому художественному музею.

Есть у Бакшеева и другая похожая картина – «Житейская проза». Обстановка более богатая, а семья тоже счастливой не кажется.

Более оптимистичной выглядит картина "Возвращение домой". Судя по тому, что вокруг сельский пейзаж, молодой человек едет в телеге, а ее владелец проявляет к нему самый живой интерес, возвращается домой парень явно в родную деревню. При этом, судя по форме, похоже, что это офицер или, скорее всего, унтер-офицер - большое достижение по сельским меркам. Вообще формально сословных ограничений для того, чтобы стать офицером, не было, и солдат теоретически мог дослужиться до офицера. Но все же на практике пиком карьеры для выходцев из крестьян обычно было звание унтер-офицера. Односельчане относились к такому земляку с уважением.

Самая известная картина советского периода - "Голубая весна" (1930). По манере написания ее часто сравнивают с картинами Левитана. После революции Бакшеев продолжил преподавать, помогал организовывать художественные музеи, имел многочисленные награды. Рисовал он преимущественно пейзажи. Умер живописец в 1958 году в Москве.

Другие картины мастера

"За советом" (1892)

Великий четверг - четверг Страстной недели, в который вспоминают Тайная вечеря. Также его называют чистым четвергом. Люди на картине возвращаются с церковной службы и несут так называемые четверговые свечи. Их копотью над входом в дом рисовали крест.

"На окраине города Касимова" (1948)

"Встреча зари после выпускного бала"

Информацию о биографии художника я взяла тут

Другие мои посты о живописи

Портрет

Источник телеграм канал "Визуальное Искусство 12" - https://t.me/VisualArt12/4087

Поездка в Америку – как Маковский стал единственным русским художником, написавшим портрет президента США

Ранее намекал на лихую историю про завоевание Америки Константином Маковским, она действительно занятная. Не так много наших портретистов писали президентов США, не правда ли? Но обо всем по порядку.

Маковский очень уверенно разбил популярный стереотип, мол настоящему творцу надо быть голодным и страдающим, чтобы выкручивать талант на полную. Смекалистый бизнесмен и талантливый художник, Константин Егорыч работал много и быстро, завоевывая рынок портретов. Популярность росла, и тут художник решил – а почему бы не поставить безобразно высокие цены на свои картины?

Константин Маковский - «Боярышня у окна (с прялкой)», 1890

Так и сделал. Что характерно, делу это вообще не помешало: иметь портрет Маковского стало престижно, можно выделываться перед гостями, да и портреты очень качественные. А что еще делать богатым девушкам, пока нет инстаграма и айфонов?)

Последствия того решения мы можем наблюдать и сейчас – в Третьяковской галерее маловато Маковского, потому что сам Третьяков считал цены заоблачными и просто не покупал картины. Ровно так же он не купил «Боярский свадебный пир», цена в 20 000 рублей сильно кусалась и раздувала жабу невероятных размеров (сейчас это примерно 13-15 миллионов рублей).

Константин Маковский - «Боярский свадебный пир», 1883

Но и тут все сыграло на руку художника. Нашелся другой покупатель, который выложил 15 000. Только долларов, а значит это больше 60 000 рублей по тому курсу. Ювелир Чарльз Шуман не поскупился и тоже выиграл: выставил картину на витрине своего магазина в Нью-Йорке, выпустил тираж открыток с картиной и увеличил поток клиентов, которые хотели кусочек этого русского мира роскоши.

Русский стиль правил, а посему Маковский решил сгонять в командировку за океан – других посмотреть, себя показать, выставку провести. С выставкой, к слову, не задалось по вине таможни, но художнику было чем заняться – СМИ трубили о приезде нашего героя, заказы лились рекой, только успевай. Американские нувориши хотели тоже приобщиться к культуре, благо денег много.

Константин Маковский - «Выбор невесты царём Алексеем Михайловичем», 1886. До приезда в США художнику сделал заказ на эту картину наш знакомый товарищ Шуман:

К сожалению, увидеть работы той поездки практически невозможно, почти все в частных коллекциях и не выставляются. Маковский даже жаловался, что душные богачи не дали отвезти картины на выставки.

Но художник вряд ли огорчался – ведь вишенкой на торте стало посещение Белого дома и знакомство с Теодором Рузвельтом. Познакомились – и за работу!

Для президента это был первый парадный портрет в качестве главы страны, для Маковского тоже первый портрет президента США (вот так совпадение), условия так себе (Рузвельт особо не позировал, художник больше работал с фотками), но нашему мастеру все нипочем, и вот портрет готов. Критики картину оценили, в Белом доме повесили, все здорово.

Но вот иллюстрацию я дать не смогу. Дело в том, что картина исчезла. Почему доподлинно неизвестно, может продали, может в древних архивах лежит (политика, дело такое), а возможно портрет сгорел во время большого пожара в Белом доме. А портрет Рузвельта кисти Сарджента сохранился и прекрасно себе висит в Вашингтоне, благо художник американский (снова политика).

Джон Сингер Сарджент - «Портрет Теодора Рузвельта», 1903. Именно на этот портрет поменяли работу Маковского:

Вот так Маковский прославил Россию в далекой Америке, заработал денег и заодно написал портрет президента. Считаю, поездка удалась)

Больше интересных историй из мира живописи можно посмотреть в моем телеграме: https://t.me/picturebymaslo

Три буквы.

Александр Пересвет, прежде бывший боярин Добрянский, как герой истории и живописи

Иноку Александру - участнику "побоища иже на Дону" - особенно "повезло" с художественными воплощениями его образа всякими разными потомками. Как уже не раз писалось, Куликово поле - это единственное из трех знаменитых полей русской славы, где наши предки бескомпромиссно навтыкали недругам - не по очкам и в перспективе, а прямо по конкретному результату: в подсчитанных фрагах, скальпах, луте и политических результатах. Однако именно про это сражение нам известно меньше всего: даже махачи с половцами 12-го века освещены гораздо лучше, чем эта битва.

Собственно, есть три русских источника об этом событии: летописный рассказ - краткий и пространный, "Задонщина" и "Сказание о Мамаевом побоище". "Сказание" и "Задонщина", как известно, представляют собой художественные произведения, уснащенные массой удивительных подробностей, чем дальше от битвы, тем более многочисленных. Краткая редакция летописного рассказа, зафиксированная в старейшем виде в Рогожском летописце, Симеоновской летописи и Новгородской Первой летописи младшего извода, записана в тетрадях 40-х годов 15-го века. Именно в Рогожском летописце и Симеоновской летописи упоминается среди убитых Александр Пересвет (последним из поименованных павших, после него идет "и иные мнози"). В пространной редакции рассказа, в Софийской Первой летописи старшего извода (70-80 гг 15 века, судя по бумаге), повествование уже расширено неимоверно и благочестиво. Пересвет также упомянут последним из именованных павших, причем сделано добавление, что прежде был боярином добрянским. Т. е. в момент смерти он боярином уже не являлся.

В "Задонщине", представляющей собой своеобразный памятник дружинной поэзии, восходящий родственный знаменитому СПИ, существует 4 законченных варианта в двух редакциях: краткой и пространной. И краткая и пространная редакция восходят к общему, не дошедшему до нас источнику, имевшему вид пространной редакции. Однако из сохранившихся древнейшим является краткий вариант - КБМ - который, собственно, и имеет единственный в своем названии слово "Задонщина". В ней Пересвет назван Хоробрым. Он занимается тем, что поскакивает на своем вещем сивце, перегораживает поля свистом, а также, как и положено политработнику, воодушевляет личный состав: "Лучше бы есмя сами на свои мечи наверглися, нежели намъ от поганыхъ положеным пасть". Родион Ослябя, видя тяжелые раны Пересвета, предупреждает брата (родного, или в иночестве - неизвестно), что "Уже, брате, вижю раны на сердци твоемь тяжки. Уже твоеи главе пасти на сырую землю на белую ковылу моему чаду Иякову..." И действительно, буквально через несколько строчек среди павших перечисляются "Иаковъ Ослебятинъ, Пересвет чернець и иная многая дружина". В пространной редакции, по Синодальному списку, Пересвет призывает, если что, погибнуть, но не сдаться, уже не кого-нибудь, а лично Дмитрия Ивановича: "государь князь Дмитреи Иванович, лучше ш бы нам, господине, посеченым быти, нижли полоненым быти от паганых татар". В этой редакции у Пересвета доспех уже золоченый и он им посвечивает, конь не вещий, а просто бордзый. В списке Ундольского суть совета князю примерно такая же, конь борзый. В обоих случая Пересвет назван и чернецом и брянским боярином, его приводят на судное место. Что конкретно означает этот момент - непонятно. Это может быть и Божий суд, и человеческий суд поединком и просто поэтический оборот, смысл которого утерян при переписке. Первый вариант "Задонщины" относится к списку 70-80 гг 15 века, пространные - к 16-17 вв., время составления протографа неизвестно. Есть мнения, что он сочинен едва ли не в конце 14-го века (датировка по упоминанию населенных пунктов, разрушенных Тимуром), но, вполне возможно, и позднее. Как видим, в этом источнике Пересвет ведет себя, как нормальный знатный воин, богатырь, тяжеловооруженный всадник и ратоборец. Он скачет, свистит, раздает по щам, получает раны и дает духоподъемные наставления православному воинству, в стиле вархаммеровского комиссара. Это вполне естественно, ведь если он пришел на Русь вместе с Дмитрием Ольгердовичем, то его монашеский стаж до битвы мог составлять от силы несколько месяцев. Впрочем, даже если он появился на Руси в 1375 году (еще одно упоминание участия брянских князей в боях на стороне Московского князя), он также бОльшую часть своей жизни был знатным воином. Кстати, про пережившего битву Иродиона Ослябю известно несколько больше. Он был любутьским боярином, и в 1398 году ходил с посольством в Царьград.

Надо сказать, что "Житие Преподобного Сергия" Епифания Премудрого эпизод с иноками не упоминает, так что вполне возможно, что они были и не из Троице-Сергиева, а из одного из Московских монастырей. Или были послушниками, а иноческий чин им дали непосредственно перед походом.

Третий источник о битве - это "Сказание о Мамаевом побоище". Оно составлено в начале 16-го века, разделяется на несколько редакций: Основную, Летописную, Распространенную, т. н. Киприановскую, Летописца Хворостина, редакцию Синопсиса, редакцию Пантелеймона Кохановского. Всего до нас дошли десятки списков этих основных редакций. Чем дальше эти повествования остоят от события, тем большим количеством подробностей они обрастают. в Списке Ундольского - 16-го века - Дмитрий, посетив перед битвой Сергия, просит его: "Даи ми отче, два воина от полка своего, Пересвета и брата его Осляба, то ты и самъ с нами пособьствуеши". Интересно, что в основной редакции такая просьба и согласие Сергия объясняются тем, что братья - "доведомыи суть ратницы" (известные воины). Т. е. Дмитрий просит не абы кого, а известных богатырей - вполне логичный шаг перед генеральным сражением, в котором должна решиться судьба земли. Старец согласился и велел воинам готовиться. Он дал братьям "орудие нетленное - крест Христовъ, нашит на скимах, и повеле има вместо шоломовъ възлагати на собя". Здесь уже начинается замена воинского снаряжения православными артефактами, так называемый "магизм православия". Однако изначально все-таки предполагается заменить только шелом. Интересно, однако, что на бой Пересвет выходит "бе на нем шолом вооруженъ арханьгильскаго образа и схим под шоломомъ". В списке пантелеймона Кохановского просто сказано, что скима была на прилбице, т. е. шлеме.

Дальше, как мы помним, из вражеских полков выезжает Челубей (Телебей и т. д.), и наш инок говорит не вполне смиренные слова: "Сой человек противника собе хощет, аз хощу с ним видетися!" и выезжает на поединок. Чем дальше, тем больше подробностей, так в одной из редакций зловредный Челубей, углядев в русской рати Пересвета и Ослябю требует у Мамая, чтобы ему дали сразиться именно с этими русскими. В этом варианте Пересвет не говорит про равного себе противника, а просто кротко просит прощения.

Известно, однако, что вся история с поединком (как и переодеванием Дмитрия перед боем), перекочевали в "Сказание" из другого произведения, очень распространенного на Руси в 15-16 вв

Итак, от воина и богатыря, с некоторым отношением к иноческому званию, литературная традиция постепенно пришла к воину, чья принадлежность к монашескому сословию проступает более ярко. "То, как надо" постепенно стало заменять "то, как было". В "Сказании" уже нет места трагической беседе братьев-воинов на поле боя - ведь по новому сценарию ее просто не могло быть! Равным образом, не находится места в нем и Якову Ослябятину - потому что как-то неудобно получается: святой инок, а у него вдруг родной сын! Это же выходит, что инок жил мирской жизнью и рожал детей! До пострига, конечно, но все равно нехорошо. Трагедия воина, который в одном бою теряет родного сына и лучшего друга, которого он называл братом, оказалась стерта, потому что она не соответствовала идеологии произведения. Интересно, что в поздних редакциях "Жития Преподобного Сергия", написанных в 17 и 19 вв, Пересвет и Ослабя уже присутствуют вовсю. Потому что так надо. Как любят говорить всякого рода мединские: "А как было на самом деле все равно никто не знает".

Как это ни печально, но в изобразительной традиции утвердилась как раз поздняя традиция. Пересвета рисуют эдаким умильным мнихом, который выезжает на бой иногда даже без доспехов (искушая Бога, что, вообще говоря, в христианстве считается в некотором роде грехом) и всем своим обликом прощая врага. Ну, с Глазуновым все понятно, он просто хреновый художник, было бы странно ожидать от него хорошей картины:

Но ведь он такой не один! Вот, к примеру, как оттрактовал бедного Пересвета Евгений Муковин:

Золоченый доспех? Забудьте! Схима, надетая на шлем или под него? Вместо! Доспехи? Они просто не нужны, вместо них красивая белая рубашка, расшитая тесьмой - самый монашеский наряд! Он даже повод коня не держит! Нет, конечно, бывает, что коня ведут под уздцы, но повод-то всадник при это не бросает! Интесно, что второй инок, под которым, видимо, подразумевается Ослябя, все-таки надел кольчугу. Видно, не верил в 4+ Ward Save, потому и жив остался.

Про креатив Рыженко все уже не раз говорили:

Завалив самурая на глазах у генуэзских арбалетчиков, дед выдернул копье и отбросил его таким образом, чтобы насадиться на него на скаку второй раз (Рыженко славился некоторыми косяками в выстраивании композиции). Интересно, что фентезийному наряду русского клерика соответствует не менее фентезийная и, судя по виду, очень дорогая сбруя его коня. Ясное дело - не может же скромный воин Христов ехать на чем-то кроме мерседеса. Пацаны не поймут.

Не менее жестоко припечатал немолодого воина художник Сергей Ерошкин. Не удовлетворившись умильно-няшным обликом богатыря (его взгляд напоен такой любовью к ближнему, что на месте Челубея я бы к нему спиной не поворачивался), не зная, как еще унизить бедного боярина, он обрядил его в ЛАПТИ! Вот да, боярин добрянский идет на битву в лаптях! Художник, конечно, не знает, что нога в лапте тупо не встанет нормально в стремя, заточенное под сапог, ну да чего там:

Кто автор этого крео я не знаю, но на месте художника бы поберегся - как бы Иродион Батькович за такую гомосексуальную трактовку своего облика не навешал бы ему эфирных звиздюлей:

Апофеозом всего этого умильнобесия идет картина художника Безукладникова Г. А.:

На ней мы видим, как доктор Айболит, укравший у грузинской княжны ее покрывало, неустрашимо идет наказывать, видимо, Бармалея, чтобы тот не хватал бы, не глотал бы, этих маленьких детей.

Однако не все так плохо. Мощный образ нашего героя создал художник А. В. Городничев:

В полном соответствии со "Сказанием", Александр носит на голове схиму, платок с крестом также лежит у него на груди. Но на этом все - Пересвет одет в кольчугу, на нем сапоги и тяжелый воинский пояс. Он умело сидит на боевом коня и смотрит на своего противника, которого собирается поражать копьем, а не гневом Господним.

Старина Корин очень любил рыцарские доспехи и хотел бы нарядить в них всех героев русской истории, чтобы они построились патриотическим русским клином и закатали всех недругов под асфальт. на его эскизе старый Пересвет одет в схиму поверх фуллплейта и готов накидать любому Челубею, будь он хоть сколько раз исполином:

Константин Васильев не мог не зигануть по такому поводу:

Однако, поскольку картины мастера полны всякого символизма, мы не можем точно сказать, какую фигу в кармане он держал в данный конкретный момент. Так что не исключено, что это никакой не "Пересвет и не Челубей", а, скажем, "Западный Мир из последних сил противостоит хамскому натиску красно-монгольской азиатчины".

Однако есть и работа, которая, отражая литературный эпизод сказания, в полной мере передает дух воина Пересвета из "Задонщины". Разумеется, это полотно Авилова. Картина, написанная в грозном 1943 году в полном смысле слова обессмертила имя автора. И вот здесь мы действительно видим богатыря, воина, сражающегося с врагом вполне земным оружием, потому что как еще можно сражаться на поле боя? На Пересвете - колонтарь, которые как раз начнут появляться на рубеже 14-15 вв. Его миндалевидный щит сравнительно невелик. Конечно, такие уже выходят из употребления, но еще вполне могут встречаться в западно-русских землях, откуда он и происходит. Шлем с подвижным наносьем, конечно, появится только лет через сто, но его общая форма - традиционно-русская, так что такую вольность можно простить. На груди воина - огромный крест энколпион, ковчежец с какой-нибудь святыней. Его наличие говорит о том, что художник тщательно готовился к работе, ведь именно такой крест должен был висеть на груди у знатного воина, боярина. Кстати, находки энколпионов на Куликовом поле известны. Убранство коня - небогатое, что более приличествует призванному из запаса воину, чем золотые тарелки. Картина отображает трагический исход поединка, но в то же время - отчаянное мужество и целеустремленность богатыря, стремящегося поразить опасного и сильного врага, чтобы тот не смог больше навредить ни одному из его братьев. В конце концов это и означает: "положить живот за други своя".