Отзывы на книгу « Угрюм-река »
Красивый, полнокровный, полноводный и глубокий роман, бесконечный, как Угрюм-река, символизирующая бурное течение нашей жизни.
Чего только не вместил в роман автор, каких только тем и жанров он не поднял, неслучайно, думаю, над книгой автор работал почти 20 лет (с 1913 по 1932 годы). Настоящая энциклопедия русской (да и, к слову, не только русской, ведь речь пойдет и о тунгусах, и о черкесе) жизни, противоречивой и широкой русской натуры (напряженный труд и развеселая гульба).
При чтении книги у меня возникало ощущение (и не раз, и не два), что читаю я не одно произведение, слишком уж разнообразен набор поднимаемых тем и освещаемых вопросов, слишком уж грубая склейка пластов. У меня и сейчас, по прочтении, ощущение, что прочитала три абсолютно разных по настрою вещи, соединенных разве что героями.
Первая книга (то есть первая тема романа) - величие и красота русской природы, бескрайней тайги и Сибири. В эту часть я влюбилась сразу же и бесповоротно: медовые закаты, стеклянное небо, река бедовая - да тут от одних эпитетов взгляд не отвести и голова кругом! Так и хочется их смаковать медленно, перекатывая так и этак на языке, повторяя про себя; так живо и ярко встают эти картины и эти пейзажи; так и хочется махнуть вместе с юным Прошкой и Ибрагимом туда, в глубь страны, "на верную погибель".
Вторая книга тоже показывает нам величие, но величие совсем иного рода - человеческого гения в лице Прохора Громова, того самого мальчишки, сумевшего чуть ли не чудом избежать смерти в холодную сибирскую ночь, создавшего благодаря труду, знаниям, любознательности, разуму настоящую империю: резиденция Громово, пять лесопилок, механический завод, зотодобывающие прииски, разработки месторождений угля. Всегда интересно наблюдать вживую путь к успеху целеустремленных людей, хочется быть в чем-то на них похожими, хочется учиться у них упорству и дальновидности.
Третья книга гораздо масштабней и панорамней первых двух - она рассказывает читателям уже о духе надчеловеческих сил - народных масс, революции. Линия Протасова, Андрея Андреича, состоявшего одновременно на службе у богатейшего дельца и вместе с тем участвующего в заседаниях подпольного революционного комитета, будет довольно яркой и убедительной.
А еще через всю книгу уверенными нитями пройдут линии страсти, сжигающей все вокруг (приготовьтесь к образам роковых женщин, здесь их будет немало: конечно же, Анфиса, а к тому же Нина, Наденька, Синильга), линии эзотерики и мистики (шаманы, колдуны, предчувствия, древние легенды, призраки, воздаяние за грехи). Прибережет для нас автор и увлекательно интригующую детективную линию, связанную с убийством молодой девушки.
4/5, неровное впечатление у меня по итогу чтения всей книги. Этого бы материала да на три романа хватило! Зачем это было вмещать в один. Красивая бесконечная история, в которой так легко утонуть, а вот вынесут ли воды Угрюм-реки на поверхность.
Только что же это с Прохором? Совесть ли пробудилась под тяжким грузом вины или неуемная страсть к водке и кокаину шутит зло с его разумом. Слышит Громов голоса мертвых и видения начались одно другого страшнее.
У Шишкова слово редкой силищи. Если ведет речь о тайге, то аж комар в ухе звенит. Описывает уход Громова во мрак безумия – перекрестишься. Пожар в лесу – искрами со страниц сыпет. Много легенд ходит о тайге. Загадочный и суровый край. С таким проводником как Шишков вы увидите его со всех сторон. С высоты птичьего полета слепят глаза солнечные блики реки, ночью разбойники и спиртоносы режут друг другу глотки, по-детски наивные и добрые тунгусы спиваются и хранят тайну о золоте, чтобы не пришел русский мужик и не перевернул всю тайгу корнем вверх. Но шило в мешке не утаишь. И вот уже растут на диких склонах заводы и золотые прииски, гибнет народ на непосильной работе. Создается капитал. Прохор получает миллионы и ест стерлядь с икрой, чиновник получает 4000 в год и чувствует себя барином, кузнец работает 12-14 часов в сутки, ест тухлое мясо и получает 32 рубля в месяц. Спустя 10 лет каторжного труда здесь, на Угрюм-реке, зародятся первые истоки революции.
После премьеры новой экранизации роман по праву стал одной из популярнейших книг года, что сподвигло меня наконец-то прочесть его, отложив просмотр сериала на потом. История покорила меня своей многоликостью и неоднородностью — тем, что в ней органично переплелись оттенки самых разных жанров: семейная сага перетекает здесь в детектив и судебную драму, а производственный роман перерастает в психологический. Он, как и сама выдуманная Шишковым Угрюм-река, — непредсказуемый, дикий, с бьющей через край энергией и мощью. Книга зачаровывает, волнует и по-настоящему, до холодка по спине, пугает.Многие эпизоды я перечитывал, с удовольствием, не один раз, потому что, чёрт подери, как здо́рово это написано! Пара фраз, и вмиг оживают суровые таёжные пейзажи, наполненные тревожными звуками и дурманящими запахами, — от тёмной чащи до самого неба, предстают как живые все герои, со своими уникальными речевыми характеристиками, повадками и манерами. Персонажей тут много: политические ссыльные и уголовники, бродяги и убийцы, шаманы и колдуньи, святые старцы и призраки, купцы и попы, промышленники и инженеры, — богатые и нищие, щедрые и алчные, дикие нравом и кроткие, простые как три копейки и коварные.
Множество крутых поворотов делает извилистая и бурная Угрюм-река, занося героев из глухой тайги в Нижний Новгород, Москву и Петербург, сталкивая их там лбами с ловкими проходимцами, распутными дворянами и продажными чиновниками. В столицах грозных сибиряков в два счёта облапошивают липовые графини, усаживая их за карточные столики с прожжёнными шулерами.
Новый изгиб мутных вод, — и возомнивший себя богом «делатель жизни» с железной волей, решительно настроенный перекроить мир по своим лекалам, вдруг малодушничает и подводит под каторгу единственного своего друга, уже оговорившего себя, взяв на душу смертный грех их семьи. Предав друзей и родных, поправ семейные ценности, отринув мораль и нравственность, поставив во главу угла неуёмную корысть и жажду наживы любой ценой, сибирский делец становится флагманом бурно развивающейся провинциальной промышленности, шагая по костям презираемых им ничтожеств, тираня тысячи людей, изо дня в день выживающих на гроши в жутких условиях.Все эти злодеяния во имя высшей цели с годами отягощают сердце некогда чистого помыслами юноши, разрушая его созидательный гений, под тяжестью нечистой совести разлагают его ум и душу, и вместо воспарения над всеми и вся он терпит крах в погоне за такой, казалось бы, близкой мечтой и, путая прошлое и настоящее, сон и явь, стремглав катится в пропасть.
Фильм "Угрюм-река", будучи просмотрен в подростковом возрасте, отчего-то произвёл мощнейшее впечатление и оставил сильнейший след в памяти и, соответственно, в зоне ожидания, и потому совет в годовом флэшмобе прочитать эту книгу был воспринят если не с восторгом, то с глубоким удовлетворением. Ну и не зря.
Роман-эпопея в качестве основного содержания предлагает читателям прожить 16 лет вместе с Прохором Г. — сначала с 17-летним парнем, а к концу книги 33-летним сибирским промышленником. Соответственно и по событийному ряду книга ощутимо разделена не только на главы, но и на смысловые и временнЫе куски.Сначала мы знакомимся с Прохором и живём с ним несколько лет его жизни на переломе от юности к молодой зрелости. И Прохор этого периода предстаёт перед нами полным задора и романтики, собственного всесилия помноженного на внутреннее благородство и далеко идущие планы парнем. Совсем не хочется идти по САБЖу, но вот никак нельзя пройти мимо нравов тех лет (конец XIX века, Сибирь, глухой медвежий угол). Отец нимало не задумываясь отправляет 17-летнего парня за несколько сотен километров в северные сибирские места с рекогносцировочно-разведывательной целью — всё распознать и выведать, имея ввиду дальнейшее расширение сфер делового влияния и распространение деловой активности семьи в новые места. Однако этот чисто деляческий, на первый взгляд, подход, на самом деле имел ещё и другую, более личную и интимную цель — папашка Прохора при живой супружнице затеял крутить шашни и любиться амурами с одной из свободных женщин села (это я всё к нравам, к ним, родимым). Ну и закрутилось-завертелось там всё тогда, когда третьим лишним встал между отцом и Анфисой наш подрастающий и матереющий гуляка-парень.
Второй смысловой блок романа рассказывает нам об том, как молодой, но хваткий Прохор отделяется от отца и заводит своё собственное дело. Честолюбивые и предпринимательские планы Прохора состоят в том, чтобы распространить своё влияние на весь тамошний тысячекилометровый край, вытеснить конкурентов и стать самым влиятельным и богатым хозяином. Особенность этого периода жизни в том, что наш Прохор мечтает при этом быть справедливым и щедрым с рабочими, чтобы все были сыты и в достатке. Параллельно продолжает развиваться интрига с Анфисой, однако же появляется и новое значимое лицо в жизни Прохора. Перипетии сюжета таковы, что мотает нашего предприимчивого не только в хозяйственной деятельности парня туда-сюда довольно долго и много, однако же со временем «золотой телец» подминает Прохора, и перед нами постепенно начинает вырисовываться новое его лицо — жёсткое, властное, беспощадное и хитрое.
Тут мы расстаёмся с парнем Прохором, а сталкиваемся уже с молодым цепким Хозяином, Прохором Петровичем, золотопромышленником и владельцем фабрик и пароходов. И это уже совсем другой человек. Расчётливость его превращается в неуёмную жажду наживы, планы по освоению территории становятся планами по хищническому владению землями и водами, да и людьми тоже. Пресс и давление на рабочих жмёт всё сильнее и туже, но мы помним, что начало XX столетия в России отмечено довольно сильной революционной активностью. Не обходит эта «напасть» и предприятия Прохора, тем более, что и повода для возмущения среди рабочих хватает. Кровь, стрельба, смерти.
И казалось вот тут сейчас всё вернётся на круги своя, наш злодей вдруг одумается, ужаснётся содеянному и всё переменит, благо что и полуслучайная встреча со старцами максимально способствует этому. Но Шишков отлично знает психологию такого рода людей, и потому никакого хэппи-энда не будет.
В романе есть множество других, параллельных и вместе с тем накрепко смешанных и сплетённых воедино сюжетно-драматических линий. Тут вам и отношения с верным слугой и кунаком Ибрагимом, тут вам и семейная драма в семье Прохора, и любовные линии разных других персонажей, и революционная действительность того времени. А мастерски прописанный быт и нравы (ох, уж эти нравы!) — хоть простого сибирского рабочего люда, хоть коренных малых народов Сибири, хоть и российского купечества и промышленников, да и быт столичный мастерски штрихами набросан.
Другой особенностью книги стал авторский неповторимый шишковский литературный язык. Вот уже где неподражаемая никому манера изложения, вот уже где свой собственный наособинку стиль!
А вот теперь хочется вернуться к кинофильму и пересмотреть его наново, в другом возрасте и с другим качеством — зная литературную основу фильма.