Любовь под маской. 1 часть. Екатерина Севастьянова

Я жила в деревенской глуши в небольшом поселении на реке Ирвы, работала в придорожном трактире и получала по пять медяков в месяц. На вид совершенно обычная молодая девушка со своими проблемами, вот только под длинными рукавами рабочей рубахи я пятнадцать лет скрывала обручальный браслет, подаренный мне в детстве мрачным незнакомцем, а по совместительству еще и могущественным черным магом, женой которого мне предстоит скоро стать. А знаете, что у нас говорят про черных магов? Все они – проводники смерти, холодные как лед, жестокие и беспринципные. Но почему-то судьба решила сыграть со мной злую шутку и из всех жестоких и беспринципных выдала мне самого невыносимого, высокомерного, нахально-ироничного мужчину на белом свете с просто отвратительным характером.

Отрывок «Любовь под маской. 1 часть. Екатерина Севастьянова»

Я снова зевнула, закрывая глаза. Последние два месяца лета приходилось работать только по ночам, потому что днем клиентов мало, а ночью хоть отбавляй. Но организму-то не прикажешь, он же спать хочет. Поэтому, когда я задремала прямо за барной стойкой, даже не удивилась. Это обычное явление для такого сезона. Мы с Люськой из сил выбиваемся, приходится досыпать на работе по очереди и по чуть-чуть.

– Мне бы воды в дорогу, - хриплый, низкий, но очень твердый голос вырвал меня из сна.

Вздрогнув, я чуть не свалилась с высокого стула, благо вовремя успела ухватиться за полку, висящую прямо надо мной. Только полка моего веса не выдержала, поэтому я все же повалилась на пол, опрокинув за собой и полку, и все ее содержимое.

– Воды бы мне, золотце, - повторил мужчина, когда я ворчливо поднялась на ноги, пытаясь отряхнуться.

– Да слышу я, слышу, - огрызнулась я, потирая филейное место. – Вам флягу наполнить или обычный бутыль принести?

Ответа на вопрос не последовало, поэтому мне пришлось растереть лицо и, откинув растрепавшиеся после падения черные волосы, посмотреть, кто же это у нас тут такой разговорчивый пожаловал.

Но лучше бы я головой об пол приложилась и вообще потеряла сознание…

Первые несколько секунд я просто стояла на месте, как рыба, то открывая рот, то закрывая, безуспешно пытаясь себя ущипнуть и, наконец, проснуться из своего детского кошмара.

Но я не просыпалась, а мужчина в черном балахоне и в маске никуда не исчезал.

– Вы так выглядите, словно приведение увидели, - пошутил проводник смерти, когда я, осознав его реальность, попятилась назад.

Вот он… живая легенда… ужас, державший в страхе не только меня, но и целые поселения…

Кажется, мое сердце на секунду остановилось, чтобы пропустить один удар и забиться снова в миллиарды раз быстрее.

Обернувшись, я увидела, что весь зал тоже стих… Люди, а их здесь было больше тридцати голов крепких взрослых мужиков, залезли под столы или забились в дальние углы. Некоторые пытались неумело перекреститься, а некоторые просто легли на пол, видимо стараясь провалиться сквозь него – о том, что у них ничего не вышло, думаю, говорить не стоит.

– Я ищу одну девушку, - разрывая гнетущую тишину, которую уже, казалось, можно было бы резать тупым ножом, скучающим тоном сообщил проводник. – Она жила в этом поселении пятнадцать лет назад, вон в том рыбацком домике на берегу. Его, кстати, что? Заново отстроили?

Я перепуганно сглотнула.

– Д-д-да… отстроили, - чудом смогла выдавить из себя, на что мужчина безучастно пожал плечами и резюмировал:

– Что ж, домик получился убогий. Ну да ладно, так что там насчет девушки? Ей сейчас около восемнадцати лет, темные волосы, зеленые глаза, серебряный браслет на руке. Вы ее знаете?

Я снова вздрогнула и, уперевшись в стену спиной, запинаясь проговорила:

– Нет, господин, не могу знать, о ком вы спрашиваете.

– Вы уверены? - последовал короткий вопрос, от которого меня затрясло.

О, святой! Он пришел за мной? Нет… нет, такого не может быть! Слишком много времени прошло, слишком много!

Незнакомец облокотился на барную стойку, словно собираясь через нее перепрыгнуть и наброситься на меня.

– Я вынуждена вас огорчить, господин, - побледнев от страха, промямлила я. – Я в поселении совсем недавно, поэтому ничем не смогу помочь.

Секундное молчание, которое, казалось, продлилось вечность, а затем неодобрительный смешок и:

– Вас в детстве не учили, что врать старшим нехорошо? – снова спросил проводник, и мне показалось, что под маской он улыбается.

Но это невозможно! Я удивленно выдохнула. Все говорят, что черные всадники не испытывают никаких чувств. Они созданы только убивать и забирать души людей в ад. Но этот… улыбается!

– Нет, так нет, - неожиданно переводя тему, произнес мужчина, доставая из кармана мантии серебряную флягу, в цвет своей маски. – Я очень спешу. Наполните мне флягу водой.

Я неуверенно кивнула, пытаясь незаметно успокоить свое сердцебиение. Неужели поверил? Вроде бы да…

– Как вы пожелаете, господин, - согласилась я, делая к нему навстречу поспешный шаг и молясь только об одном, чтобы он поскорее уехал.

Проводник молча за мной наблюдал, а из-под прорезей в маске светились безумные ярко-алые глаза с черными малюсенькими точечками посередине.

– Что-нибудь еще? – с заминкой уточнила я, забирая у него из рук протянутую флягу.

– Да-а, - задумчиво протянул он, стоило только нашим пальцам соприкоснуться. – Есть еще кое-что…

С этими словами он отдал мне флягу, а я поспешно отступила от него назад.

Но стоило мне только развернуться, всего лишь на какое-то мгновение потерять мужчину из виду, как мою руку грубо схватила чужая ладонь.

Пустая фляга со звоном полетела на пол.

– Говоришь, недавно здесь? – то ли с издевкой, то ли с угрозой переспросил проводник, и уже в следующее мгновение меня, как котенка, перехватили за шкирку и, оторвав от пола, перетащили через барную стойку.

Внутри все оборвалось.

– Нет! Умоляю вас, я же ничего не сделала! – взмолилась я, когда он молча вжал меня в свое тело… ужасно холодное тело, а потом резко рванул рукав кофты на правой руке. – Пощадите меня! Том! Том! Помогите!

– Милая штучка, - засмеялся мужчина, снимая с моей руки серебряный браслет, который я носила последние пятнадцать лет.

И я так удивилась тому факту, что наконец-то избавилась от этой метки, что даже вырываться перестала.

– Я заберу его на время? – вежливо поинтересовался проводник, засовывая цепочку себе в карман.

– Как вы его сняли? – я была настолько растеряна и сбита с толку, что вопрос вырвался сам собой. – Как у вас это получилось?

Тот браслет, из-за которого Том таскал меня по всяким знахаркам, та цепь, что сделала из меня местную прокаженную, то клеймо, что было поставлено на мне пятнадцать лет назад – этот мужчина снял за долю секунды.

– А чему ты удивляешься? – выпуская меня из захвата холодных рук, уточнил он. – Я повесил, я и снимаю. Все просто.

У меня задрожали руки.

– Вы? – сипло выдохнула я, пытаясь за что-нибудь ухватиться, потому что пол постепенно начал уходить из-под ног.

– О, так ты меня помнишь? – как мне показалось, в его голосе проскользнуло удивление. – Много лет прошло. Ну да ладно, тем даже лучше.

Я пошатнулась. Передо мной стоял мужчина из прошлого, тот, что вынес меня из горящего дома…

– Спокойно, - предостерегающе произнес он, увидев, что я собираюсь падать в обморок. – Давай обойдемся без этого.

– Но… вы… вы… - я никак не могла ничего произнести.

– Кира? – Том вышел из кухни, непонимающе посмотрев на меня. – Что происходит? Почему такая тишина? Где все?

Проводник развел руки в стороны, привлекая внимание Тома на себя.

– И тебе привет, старик! – явно издеваясь, произнес он побледневшему трактирщику. – На колени падать не стоит. Святой вас не слышит, а лично мне плевать как на ваши гнилые души, так и на это захолустье. Мы уже уходим.

– Господин… господин, может вам что-нибудь принести… выпить или закусить в дорогу? – Том неосознанно пригнулся, скрючился, и даже голос его заметно охрип. – М-м-может настойки?

– И давно я стал похож на пьяницу? – покачав головой, спросил черный всадник, наблюдая за ним из-под плотной маски.

– О, светлейший! – Том еще сильнее осел на пол. – Прошу, пощадите наше поселение. Нас тут и так мало! Мы же никого не трогаем, зла не причиняем, все жи…

– Заткнись! – бесцветный леденящий голос полоснул по нервам, отчего даже у меня подкосились ноги и, не выдержав, я рухнула на пол… ну почти.

Мужчина подхватил меня в самый последний момент.

– Вставай, непутевая ты моя, мы уходим, - прошептал он на ухо, поднимая меня на руки.

– Что? – я испуганно завертелась. – Мы? Куда мы уходим? Поставьте меня на место, прошу вас!

Проводник не слушал. Он просто прижал меня к себе и пошел на выход мимо опустевших столиков, под которыми прятались люди.

– Куда вы ее забираете? – закричал Том. – Господин! Господин, подождите!

Я увидела, как он ринулся за нами, как постарался догнать… но проводник даже на него не посмотрел. Он просто щелкнул пальцами, и Том… замер, медленно покрываясь синей дымкой, превращаясь в холодную ледяную глыбу льда.

– Что вы сделали? – взвыла я, забившись в истерике. – Он же вам ничего не сделал! Он…

– Помолчи немного, золотце, - вздохнув, безразлично произнес проводник и уже обыденно щелкнул пальцами.

Я закричала, постаралась закричать… но ничего не вышло. Только мычащие звуки вырывались из моей груди. Голос! Голос пропал!

От страха у меня по щекам покатились слезы. А от понимания того, что я нахожусь в руках проводника смерти, меня заколотило. Столько историй я слышала о них… столько всего ужасного нам рассказывали путники, что сейчас, встретившись с проводником лицом к лицу - я просто заревела. Даже вырываться и то было страшно…Поэтому мы молча вышли на улицу, где уже стояли еще двое таких же мужчин, в точно таких же мантиях, и одна девушка, в черных накидках из шкур. Все они разом посмотрели на нас, от чего я тихо заскулила, настолько тихо, что никто этого не услышал, конечно, кроме мужчины, что осторожно прижимал меня к себе.

– Она? – спросил один из проводников, запрыгивая на лошадь.

– Да, она, - подтвердил мой похититель, перебрасывая меня через седло и усаживая на мощную и завешанную всякими сумками лошадь.

И стоило мне только оказаться в седле, как проводник тут же сел сзади меня, беря в руки поводья.

– Все! Едем! – крикнул он, пришпоривая лошадь и придерживая меня одной рукой. – Остановимся ближе к вечеру.

Мы тут же тронулись вперед, стремительно покидая поселение.

Я кусала губы, старалась сдержать слезы, но тело все равно вздрагивало при каждом вздохе. Я обернулась назад, чтобы взглянуть на трактир, от которого мы уже успели отдалиться.

– Меня зовут Лоренс, - неожиданно произнес всадник, когда мы отъехали немного вперед. – Я вот все забываю спросить, а тебя-то как зовут?

Я судорожно вцепилась в седло, шмыгая носом и понимая, что снова могу говорить.

– Кира … - тихо пискнула я, пытаясь подавить внутри себя подступающую панику. – Куда мы едем? Зачем… зачем вы меня забрали?

– Об этом позже, - просто обнадежил Лоренс, не собираясь вдаваться в подробности.

Я сжалась в седле, стараясь не думать, зачем проводникам смерти понадобилась обычная подавальщица из трактира. А что-то спрашивать еще я не решилась. Насколько знаю по рассказам путников, голос – это самое меньшее, что могут отобрать черные всадники… Они все владеют мертвой магией, самой древней и самой опасной, которая не поддается никакому человеческому объяснению.

– Не дрожи так, - сжав свою ладонь на моей талии чуть сильнее, произнес Лоренс. – Мы не сделаем тебе плохо. Не бойся.

Я не поверила, только сильнее сжалась, чувствуя своей спиной леденящий холод, исходящий от него. Разве может человек быть таким холодным? Нет! Человек не может.

Мы проехали лес, черту которого я никогда раньше не пересекала, и двинулись дальше по большой дороге. Вперед… туда, где должен был начинаться основной тракт.

Мужская рука внезапно нежно обняла меня за талию, прижимая к крепкому телу.

У меня никогда не было мужчин, никогда меня никто не обнимал… даже Том боялся дружески приобнять, все-таки на мне был проклятый браслет, поэтому от такого внезапного тесного контакта я дернулась, чуть не повалившись из седла.

– Не дергайся, клыки у меня есть, но я не кусаюсь, - как бы между делом произнес проводник смерти, пришпоривая лошадь.

– До Цинтры недалеко, - проводники неспешно переговаривались между собой, не обращая на меня внимания.

Я же, воспользовавшись этим, давилась похлебкой, в которой, похоже, кто-то сдох, и прислушивалась к их разговору, пытаясь выцепить что-нибудь полезное. Например, зачем я здесь и куда мы едем.

– До Цинтры-то недалеко, - согласился Лоренс, задумчиво посмотрев на костер. – Я думаю про Блавикин, если повезет, мы будем там уже через неделю.

– Думаешь, попадем в метель? – спросил темноволосый, которого все здесь называли Эспен.

– Да, метель будет однозначно. Но меня беспокоит другое - в Блавикине мост обрушен, придется перебираться вплавь. А там трясина, на несколько километров припорошенная снегом, а потом река, где одни никсы водятся.

Я неосознанно вздрогнула. Никсы… помню, как про них рассказывали у нас в трактире. Я тогда еще маленькая была, когда несколько мужиков из нашего поселения собрались на охоту, в их числе был и Галем, двоюродный или троюродный брат Тома. В лес ушли больше десятка закоренелых охотников, а вернулись лишь Галем и молодой парень, сын местного пекаря. Они-то и рассказали, как никсы всех в трясину увели.

Ведь никсы издалека похожи на прекрасных обнаженных девушек, блуждающих по заброшенным болотам и мелководным рекам, а как поближе к ним подойдешь, сразу видно, что это существа преисподней. Только если близко подошел, считай что все… назад уже не вернешься. Они под воду любых путников утаскивают, а там уже живьем сжирают. Щупальцами тела обвивают и высасывают всю кровь. Вот поэтому в чащу леса никто из людей в здравом уме не сунется. Нечисти много… и все голодные.

– Никсы?! Может тогда через Старый Лес? - предложила девушка, размышляя вслух. – Там переправа есть, к тому же выйдем на большую дорогу, пойдем по тракту.

Лоренс покачал головой, моментально отметая ее идею.

– Потеряем несколько дней.

– А если без остановок ехать? – не унималась девушка. Похоже, идея лезть в болото к никсам радовала ее меньше всех.

– Не сможешь ты без остановок ехать.

– Значит к никсам, - нерадостно протянул Эспен. – В метель и в тину. Знаешь, Лоренс, я так давно мечтал по горло искупаться в дерьме.

– А в морду получить ты давно мечтал? – нахмурился главный проводник, смерив его убийственным взглядом.

– Все понял, - поднимая руки в примирительном жесте, улыбнулся Эспен. – Собрались лезть в дерьмо, значит, лезем в дерьмо. Нет проблем.

– Эспен, с каких это пор ты никс боишься? – вмешался третий проводник, такой же седой, как Лоренс, и самый молчаливый.

– Отвали, Ральф, - Эспен достал из-за пояса флягу. – К никсам, так к никсам. Может выпьем?

Я поморщилась и, решив, что больше ничего дельного от них не дождусь, с силой запихнула в себя последнюю ложку с жижей и, поставив миску на землю, встала на ноги, собираясь ненадолго уединиться. Естественные нужды никто не отменял, может проводникам в туалет и не надо, а мне вот очень надо и уже давно.

– Куда? – стоило мне только сделать шаг в сторону, как за моей спиной не по-доброму огрызнулись.

– Я хочу в туалет, - честно призналась я, встретившись взглядом с пронизывающими яркими глазами, которые недоверчиво прищурились.

О, святой! Он думает, что я могу сбежать? В лесу? Ночью? Без еды и воды? От трех проводников смерти? Ага, очень смешно!

– Мне, правда, очень нужно в туалет, - с нажимом повторила я, снова отступая от лагеря в лес.

Лоренс скривился, словно проглотил что-то очень кислое.

– Хорошо, - он тоже поставил миску на землю и нехотя поднялся на ноги. – Тогда пошли.