Командующий Северодвинской военной флотилией Павлин Виноградов (1890-1918 гг.)

В 70-80-е прошлого века годы имя Виноградова просто так не упоминали, всегда добавляли слова «герой Гражданской войны». В Архангельске и Троицкий проспект был переименован в проспект Павлина Виноградова, и памятник ему поставили возле кинотеатра «Мир», и, отрезав по куску от Шенкурского и Вельского районов, создали новый район-Виноградовский. Приезжие удивлялись:-У вас что, виноград растет? Почему район так чуднО называется?Особенно любили называть именем Павлина Виноградова различные суда. Началось это сразу после его смерти. Имя «Павлин Виноградов» дали канлодке «Мурман», которая воевала в составе Северодвинской флотилии в 1918-1919 гг., потом этим именем называли только гражданские суда. О военных кораблях с именем «Павлин Виноградов» я не слышал. Видимо, считали, что раз человек он был невоенный, то давать его имя военному кораблю как-то не с руки.В Интернете нашел упоминание о судне «Павлин Виноградов» 1929 года постройки, которое, идя из Портленда в Акутан (Алеутские острова), 23 апреля 1944 года погибло от взрыва мины. Из 42 членов экипажа судно смогли покинуть только 29, из них до берега добралось только девять человек.После войны в Польше был построен большой лесовоз «Павлин Виноградов», который был приписан к Северному морскому пароходству. Кажется, и сейчас еще плавает.

(из книги «Архангельск. Фрагменты истории. 1584-1984», изданной в 1984 году)

Но сведения о жизни Павлина Виноградова до его приезда в Архангельск, да и о жизни в Архангельске, были довольно скудными. На библиотечных полках можно было найти лишь несколько брошюрок и тоненьких книжек о нем, изданные в 50-60-е годы в местном издательстве. В повести Николая Никитина «Северная Аврора» http://lib.ru/PRIKL/NIKITIN_N/aurora.txt, написанной еще при Сталине, в 1951 году, Павлин Виноградов был настолько плакатным, преданным делу Ленина-Сталина большевиком, что от живого человека там ничего не осталось.

Если прочитать то, что было написано о Павлине Виноградове, отбросив пафосные строки о ненависти к угнетателям рабочего класса, то останется совсем немного.Родился в 1890 году. Семья жила в Сестрорецке. Отец работал в Петербурге приказчиком на табачной фабрике, болел туберкулезом, и умер, когда Павлину было восемь лет. В семье кроме него было еще трое детей, и в десять лет он пошел работать на Сестрорецкий оружейный завод. Потом перешел на Семянниковский (Невский) судостроительный завод. В 1909 году умерла мать. Когда подошла пора призыва в армию, ударился в бега, но в 1912 г. его задержали. От присяги Виноградов отказался, после чего был судим военным судом. Его приговорили к двум годам дисциплинарного батальона, и отправили служить в Новгородскую губернию.За агитацию против существующего строя, а проще говоря, за разговоры с солдатами «против царя», в конце 1912 года снова был судим военным судом, и приговорен к восьми годам каторжных работ. Сидел в Шлиссельбургской крепости, потом был отправлен в Сибирь, в Александровский централ, где и пробыл до февраля 1917 года.В 1917 году женился на девушке из Гдовского уезда Псковской губернии, жившей в том же селе, откуда родом были и родители Виноградова. Церковный ли был брак, непонятно. Жену звали Ольга Владимировна. Других данных о ней нигде нет, и даже неизвестно, поехала ли она с ним из Петрограда в Архангельск.Что конкретно делал Виноградов в Петрограде осенью 1917 года, не знаю, но после октября он работал в продовольственном комитете Александро-Невского района. Оттуда его и направили в феврале 1918 года в Архангельск, чтобы он организовал отправку в Петроград десяти тысяч пудов хлеба.Когда хлеб был отправлен, Виноградов остался в Архангельске. Сначала его избрали членом губернского исполкома, а затем заместителем председателя губисполкома (по нынешнему, заместителем главы областной администрации).

Летом 1918 года в губернии началась мобилизация в Красную Армию, причем, не скрывалось, что воевать придется с недавними союзниками России в Первой мировой войне, англичанами, французами и американцами. Крестьяне не понимали, почему они должны воевать с союзниками, а в разгар сенокоса эта мобилизация была им вообще, как кость в горле, поэтому, они уклонялись от нее, как могли. В Шенкурске дело дошло до того, что крестьяне, взявшись за оружие, загнали местных коммунистов в здание солдатской казармы, где те просидели в осаде несколько дней, но потом сдались.

Здание казармы в Шенкурске сохранилось до сих пор, только теперь это не казарма, а жилой дом, с цветами на подоконниках, и тюлевыми занавесками на окнах.

Крылечко, конечно, построили недавно, а в подъезде все осталось как девяносто лет назад, отполированные каменные ступени, и прохлада, какая бывает в самый жаркий день в доме с толстыми каменными стенами. В этом подъезде и лежало тело единственной жертвы Шенкурского восстания, местного крестьянина-призывника, который зачем-то безоружный пошел в казарму, когда там уже забаррикадировались местные коммунисты. Зачем они его застрелили, непонятно, с перепугу, вероятно.

Когда в Архангельске узнали о том, что произошло в Шенкурске, туда был отправлен вооруженный отряд, который возглавил Виноградов. На стене бывшей казармы до сих пор висит памятная доска с текстом, в котором говорится, что «Шенкурское эсеровское восстание ликвидировал красноармейский отряд под руководством П.Виноградова».Да не ликвидировал он его! Крестьяне потихоньку сами разошлись по домам, потому как в июле сена для лошади и коровы не заготовишь, зимой зубы на полку положишь.

Пока Виноградов был в Шенкурске, союзники высадились в Архангельске, и начали продвигаться на юг по двум направлениям, по железной дороге, и по Северной Двине. Военком Зенькович пытался организовать оборону на левом берегу Двины, в Исакогорке, но был убит прямо на железнодорожном вокзале. Остальные советские чиновники, не пытаясь организовать оборону, плыли на пароходах прямо до Котласа. Хорошо, хоть пароходы и баржи из Архангельска увели с собой, но не все. Небольшой отряд они, все таки, послали в Двинской Березник.Виноградов со своими бойцами и встретился в Двинском Березнике с этим отрядом.

В 1918 году Павлина Виноградова со слов художника Писахова, приехавшего в Архангельск, описал в газетной заметке будущий классик советской литературы Леонид Леонов, живший в то время в Архангельске.

«Уехало нас из Пянды лишь пятеро.Четверо из нас решили дальше ехать в лодке и спустились к берегу найти и купить какую-нибудь лодчонку для дальнейшего путешествия в стольный град Архангельск. И в ту же минуту, как они, четверо, обсуждали вопрос, как быть дальше, вынырнула откуда-то моторная лодка с красноармейцами и подошла совсем близко - чуть ли не на 8-10 шагов.Потом в лодке показались люди в солдатских шинелях с пятиугольными красными звездами на фуражках, с винтовками и без прицела дали залп в стоявших на берегу четырех безоружных человек. Один из четырех упал раненый (некто М., архангелогородец), другой свалился с простреленной головой - пуля вошла в висок и вышла в затылок. Один из оставшихся бросился бежать зигзагами от берега и упал куда-то в ржаное поле и этим спасся от ожидавшей его печальной участи.Впрочем, пуля ему успела немного задеть ногу. (. )Степан Григорьевич повел раненого (один был убит) к местному священнику. О. Александр ласково и спокойно, очевидно привыкнув к подобным перепалкам, мягко и любезно принял пришедших, успокоил и видом своим, и своим радушным приемом и рассказал, что красноармейцы разгневаны на Пянду за то, что крестьяне, не будучи в состоянии далее выдерживать реквизиции, грабежи и поборы, смешанные с хулиганскими выходками со стороны "рабоче-крестьянской" армии, несколько раз сами выступали против державных негодяев и вступали с ними в довольно решительные стычки на Березнике.О. Александр предложил чай, но мы были принуждены отказаться за поздним временем и пошли обратно домой, в те крестьянские хаты, в которых мы разместились.А к Пянде уже подходила красноармейская дружина, успевшая съездить за подкреплением в Березник, и, воинственно бряцая оружием, опрашивали, где находятся приехавшие недавно люди.Наш дом оцепили вооруженные, и в комнату, где помещались мы, широко размахивая красными руками, вошел комиссар (фамилия его, как мы после узнали, - Виноградов, один из "архангельских"), постоял в дверях, плюнул в угол, грубо бросил:- Здравствуйте, товарищи! - и, несколько меняя тон, свертывая "цыгарку", небрежно заметил, обращаясь к нам:- Вы чего от берега-то убежали? По какой причине?Наша хозяйка, сморщенная, седая, но крепкая старушонка, не выдержала.- Что ты, батюшка, окстись, в живых людей стреляете, а еще спрашиваешь?Комиссар самодовольно улыбнулся, сплюнул еще раз и двинул свою тушу к дверям, вероятно, "углублять революцию" в соседних деревнях, в среде рабочих и крестьян, начинать водворение "большевистского симво¬а веры". Осада с дома была снята. И мы были рады, что наконец-то сможем двинуться в дальнейший путь».

Пароходов, и больших и маленьких, на Двине в то время было много. Эти пароходики ходили по Пинеге.

Эти пароходы стоят у двинского берега. Колесные пароходы не так ловко маневрировали, как винтовые, зато осадка у них была маленькая, и они могли подойти к берегу в любом месте.

Котлас в то время был большим селом, но там уже была железная дорога и судоремонтный завод. Собор, тот, что виден на первом снимке, сохранился до сих пор.

Пока союзники и белогвардейцы продвигались по Двине к Котласу, по железной дороге из Москвы в Котлас были направлены артиллерийские орудия и моряки. Но в первые дни августа никаких сил большевиков на пути к Котласу не было. Когда суда союзников подошли к Двинскому Березнику, отряд, оставленный там Виноградовым, быстро отступил. От Березника было совсем недалеко до устья Ваги, по которой можно было быстро дойти до Шенкурска, а потом до Вельска.

Церкви в Двинском Березнике. Фотография художника Ивана Билибина, путешествовавшего по Северу в 1902-1904 гг.

Суда союзников возле Двинского Березника. Фотография 1919 года.

В начале августа 1918 года Виноградов сумел вооружить только три судна, колесные пароходы «Богатырь», «Феникс» и «Могучий». На каждом судне было по две пушки Маклена, и по два пулемета.http://militera.lib.ru/h/severodvinskaya_flotilia/Фотографий первых трех судов Северодвинской флотилии у меня нет, но что это были за суда, можно представить по этой фотографии. Канонерская лодка «Какстон», вошедшая в строй флотилии уже после гибели Виноградова.

Пушка Маклена была не таким уж грозным оружием, всего 37 мм., меньше нашей «сорокапятки», но в тех условиях годилось все. Заряжалась пушка обоймами, по 5 патронов.

У союзников суда были помощнее, специальные речные мониторы, хорошо защищенные, и с орудиями крупного калибра. Единственное, что я не могу понять, как союзники перегнали их вокруг Скандинавии в Белое море? Речной монитор для плавания по северным морям, пусть даже летом, когда вероятность штормов очень мала, все-таки, мало пригоден.

11 сентября 1918 года Виноградов с тремя пароходами подошел к Двинскому Березнику, где у берега стояли три парохода союзников, и стал ходить вдоль берега, обстреливая их из всех своих пушек и пулеметов. Те, после некоторого замешательства ответили. Бой продолжался два часа десять минут, после чего Виноградов ушел вверх по реке. Один человек был убит, восемь ранено. Какие потери были у союзников и белогвардейцев, не знаю, может, вовсе не было. Никакой информации об этом бое со стороны союзников и белогвардейцев я пока не нашел, а донесение Виноградова общеизвестно. Чистый Гангут, Трафальгар, и Цусима! Почему после этого боя все пять судов противника не пошли на дно, можно только удивляться.

Тем не менее, союзники были несколько ошеломлены, и темп их наступления замедлился. Правда, большевики отступили на сорок верст, но потом снова пошли вперед, заняли Яковлевское, Сельцо, Тулгас, и в начале сентября планировали форсировать Вагу, чтобы отбить деревню Усть-Вагу.

Место впадения Ваги в Северную Двину (современная фотография, нашел в Google Earth)

Фотографии, сделанные кем-то из американцев в Усть-Ваге, чуть позже этих событий.

8 сентября 1918 года пехота красных заняла деревню Шидрово на правом берегу Ваги, но показался пароход белых, и начал обстреливать деревню.

Из повести Николая Никитина «Северная Аврора»:«Орудие осталось без прислуги, искать нового наводчика было некогда, и Павлин сам заменил раненого.Броневой щит орудия несколько закрывал Павлина. Стоя возле прицела и продолговатого прицельного отверстия, Павлин вдруг почувствовал за своей спиной человека. Он оглянулся. Это был Соколов.- Товарищ комбриг, вас на штабной пункт зовут, - сказал вестовой.- Не мешай! - Крикнув это, Павлин выстрелил. Первый снаряд врезался в среднюю часть парохода, возле колеса, почти у самой ватерлинии. Снарядом разбило палубу. "Отлично!" - сказал себе Павлин и, не меняя прицела, выстрелил еще раз. Второй снаряд ударил в корму. Раздался новыйоглушительный взрыв. Фонтаны воды, пара и дыма взметнулись над рекой.- Тонет! - восторженно закричал кто-то. - Ей-богу, тонет. Снизу, с береговой тропки, прибежал запыхавшийся и красный от напряжения моряк.- Товарищ комбриг, это "Опыт". На корме написано!- Снаряды! - коротко приказал Павлин своему заряжающему - юноше лет семнадцати. - Скорей давай!Соседнее орудие тоже ударило по "Опыту", снесло часть надстройки с кормы. Кормовые пушки на "Опыте" замолчали.В это время неподалеку от батарей показалось еще какое-то судно, Павлин приложил бинокль к глазам.- Английская канонерка! - крикнул он и поискал глазами Саклина. Тот стоял у одного из орудий, показывая бойцам на реку.Павлин решил продолжать стрельбу прямой наводкой. "Подпущу поближе", - подумал он, снова приставляя к глазам бинокль. Вдруг в стеклах - блеснула какая-то вспышка. Вдалеке будто чиркнули спичкой, и огонек сразу же задуло ветром. Почти одновременно где-то рядом раздался взрыв. Павлин обернулся иупал. Падая, он успел подумать: "Что такое? Меня ранило? А как же бой. "Вражеский снаряд ударил в лежавшие на берегу бревна. Некоторые из них взлетели в воздух, другие были расколоты в щепы. Осколки снаряда разбили колесо пушки, из которой минуту тому назад стрелял командир бригады. Одним из этих осколков был сражен и Павлин».

Ну, примерно так, оно и было, я думаю. Правда, щитов на пушках Маклена, по-моему, не было, а колес, точно, не было. Они на тумбах крепились.

Церковь в деревне Шидрово, возле которой погиб Виноградов (фотография 1947 или 1948 года). Если присмотреться, можно увидеть деревянный памятник на месте его гибели.

Пионерский сбор возле памятника Виноградову (фотография сделана в тот же день, что и предыдущая).

Тело Виноградова увезли в Петроград, и похоронили на территории Лесной академии. Почему там, не знаю. Фотографию нашел в Интернете.

Потом появился памятник с маузером на левом боку, хотя маузеры на левом боку не носили, только на правом.

Лесовоз «Павлин Виноградов»

А церковь в Усть-Ваге, которую 90 лет назад сфотографировал американец, стоит до сих пор. Узнать ее, правда, трудно, т.к. ни крестов, ни куполов на ней не осталось. Фотография не моя, нашел в Google Earth.