Залесье. Право на выбор. Рина Михеева

Полина нашла свою любовь и сделала выбор. Отныне Залесье — её мир. Но всё ли она знает о том, кому доверила своё сердце?

Верен раскрыл свою силу, но всё ещё пытается избежать того, что уготовала ему судьба. Служить смерти, чтобы сохранить жизнь и свободу любимой? Сможет ли он пройти узкой тропой над пропастью и не сорваться в бездну…Что ждёт их в прекрасном и загадочном мире оборотней и магии, где плетёт свои сети зловещий шаман-Отступник и сыны Мрака блуждают по лесам и дорогам, подстерегая путников?Мало найти любовь, надо суметь её не потерять. И если для этого придётся отыскать Хранителей Залесья, разрушить жестокие планы коварной светлейшей княгини, спасти наследников Теновии и Светании и договориться с забытым подземным народом, то… пора браться за дело! Время Великого Перепутья уже наступило.

Больше текста для ознакомления здесь

Цикл романов "Залесье"

Отрывок «Залесье. Право на выбор. Рина Михеева»

Верен задёрнул тяжёлую штору и осторожно опустился рядом, словно боялся спугнуть Полину.

Она протянула руку, тут же завладев его ладонью.— Тёплая, — улыбнулась Полина.

— Благодаря тебе, — тихо и серьёзно ответил он, глядя на неё с такой нежностью, что перехватывало дыхание, а сердце сладко ныло и будто хотело вырваться из груди, чтобы прильнуть к тому, кто стал для него необходим, без кого теперь и дышать тяжело, не только жить.

Их губы встретились, руки переплелись, и окружающий мир, кружась и качаясь, уплыл куда-то, оставив двоих любящих где-то за пределами повседневной реальности, вне времени, вне пространства. Все тревоги и страхи таяли и исчезали в этом мире, созданном любовью двоих, созданном из их любви и для неё. Там вспыхивали невиданные звёзды, едва слышный шёпот звучал ангельской музыкой, сердца бились вместе, тела растворялись и плавились от ласк, качаясь в волнах наслаждения, а души соединились в одну, сияющую счастьем немыслимой полноты.Они заснули, не размыкая объятий, не в силах насытиться друг другом, даже во сне они оставались одним первозданным существом и видели общий сон, в котором были вместе, были единым целым.

Только ближе к утру Полину потревожил кошмар. Она видела двоих младенцев — совсем крошечных. Они лежали в общей колыбели, и Полина знала, что это мальчик и девочка, брат и сестра. С другой стороны к колыбели приближалась тень. Нет, не так. К колыбели приближалась Тень. В ней ничего нельзя было разобрать, но вполне хватало её зловещего вида и чувства ужаса, которое она вызывала. В Тени скрывалось нечто ужасное, и оно хотело погубить младенцев.Дети тянули ручки к Полине, смотрели на неё ясными и чистыми голубыми глазами, они надеялись на неё. Полина хотела подойти к колыбели, чтобы отнести её подальше от медленно и неотвратимо надвигающегося кошмара, но ноги её отяжелели и никак не двигались с места. Тень уже касалась края колыбели, из темноты показалась бледная рука — вроде бы вполне человеческая, но, увидев её, Полина закричала, настолько силён был страх — она не успеет спасти малышей! Это чудовище точно хочет убить их!Свой крик — короткий и отчаянный — она услышала будто со стороны и проснулась с лихорадочно колотящимся сердцем. Верен уже не спал, гладил её по плечу, заглядывал в испуганные глаза.

— Ты тоже слышала? — спросил он.

— Кажется, кто-то кричал. Короткий женский крик…

— Надо посмотреть, что там! — вскинулась Полина, тут же поднимаясь. — Мне такой страшный сон приснился… Я очень испугалась! Может, это не простой сон… — она слегка смутилась, ожидая недоверия или даже насмешки, но Верен взглянул на неё серьёзно, быстро встал и начал одеваться. Полина последовала его примеру.

— Всё равно скоро уже рассветёт, — как бы оправдываясь, бросил ворон. — Ты побудь здесь, а я посмотрю, что там такое.

Полина машинально кивнула, но как только Верен приоткрыл дверь в коридор, она тут же оказалась за его спиной.

— Я же просил… — проворчал Верен, но тут какой-то подозрительный звук на лестнице привлёк его внимание, и он двинулся вперёд бесшумно и мягко, как кот.

Полина замешкалась на секунду, а потом привычно перекинулась в суслика — так она чувствовала себя спокойнее. Суслику легче прятаться и проще убежать, если его всё-таки заметят.

На лестнице действительно происходило что-то глубоко неправильное: четверо мужчин, двигаясь друг за другом, волокли парня и девушку, удерживая их за ноги и за плечи, причём первым делом Полине бросился в глаза большой живот пленницы, а потом её огромные испуганные глаза. Уж не двойню ли она ждёт и не эти ли дети фигурировали в том страшном сне?! И что кажется ей сейчас таким странным и неправильным… Помимо происходящего похищения, разумеется! Ну конечно… пленники в сознании, судя по широко раскрытым глазам, но совершенно не сопротивляются, словно… парализованные.

Верен полностью использовал фактор внезапности и преимущества неширокой лестницы, где у четверых похитителей катастрофически не доставало места для манёвра. Полина даже в животной ипостаси не могла уследить за его стремительными движениями. Он вроде бы только коснулся шеи замыкающего, тут же подхватил девушку под плечи, не позволяя ей с размаху удариться о лестницу, моментально ударил ногой второго похитителя, державшего жертву за ноги, и тот, в свою очередь, упал на третьего.

Верен ужом проскользнул ниже и добавил третьему уже от себя, но тут снизу поплыл чёрный дым, разрываемый сполохами пламени. Верена однако это не остановило ни на мгновение, он исчез за сплошной стеной дыма, а Полина прижалась к полу, чувствуя, что задыхается. Уже через несколько секунд дым исчез, словно его и не было, — четвёртый похититель, обратившись крысой, метнулся прочь.

— Это морок, — сказал Верен, проверяя отключившихся.Первые два не подавали признаков жизни, но третий быстро пришёл в себя.

— Что ты себе позволяешь?! — визгливо спросил он, не успев ещё подняться на ноги.Верен в это время осматривал юношу и девушку, не выпуская, впрочем, очнувшегося из поля зрения.

— Могу то же самое спросить у тебя, — спокойно ответил он, зачем-то ощупывая шеи всё ещё неподвижной пары. — Ну конечно… ошейники…

— Что с ними? — спросила осмелевшая Полина, обращаясь человеком.

— Эти ошейники называют Рукой Смерти. Очень редкий артефакт, требующий большого мастерства… Тёмного мастерства. Отступнику вполне по силам… Не волнуйся, они живы и здоровы, но не могут ни пошевелиться, ни подать голос. Впрочем… я сомневаюсь, что подобное "украшение" полезно для беременных… Эй ты, — Верен одним движением выбил из руки похитителя кинжал, который тот старательно и, как ему казалось, незаметно сначала извлекал, а потом готовился применить, схватил мерзавца за ворот плаща — всё тем же непрерывным движением — и притянул поближе. — Сними это, — голос ворона прозвучал низко с рычащими нотами. — Немедленно.

— Я… я не могу! — взвизгнул тот.

— Кто может? — деловито спросил Верен. — Не советую тянуть время… А то я, когда нервничаю, не вполне контролирую силу Лориша, знаешь ли, — он хищно улыбнулся, и от этой улыбки похититель мелко задрожал и задёргался, одновременно указывая в сторону обеденного зала и пытаясь вырваться, в чём и преуспел, потому что Верен брезгливо отшвырнул его — вниз по лестнице, а кинжал поднял и заткнул за пояс.

— Конечно… крыса. Крыса у вас за главного. Так-так…

— Он здесь! — пискнула Фая тоненько, но в то же время и горделиво — ведь стала уже полезным членом команды!Фея мерцала в самом тёмном углу. Верен осторожно приблизился. Крыса попыталась ускользнуть, но вот уже не мужчина, а ворон, взмахнув крыльями, ухватил её за спину мощными когтями. Раздался резкий писк, переходящий в визг, и в следующий миг уже не ворон держал в когтях крысу, а двое мужчин стояли почти вплотную друг к другу.Полина ахнула, когда главарь похитителей превратился в гигантскую змею, которая могла бы проглотить человека целиком, но Верен лишь криво усмехнулся.

— Твои фокусы на меня не действуют. — Он схватил бывшую крысу за горло, причём его противник оказался не там, где только что покачивалась праматерь всех анаконд, а в стороне.Полине казалось, что там вовсе никого нет, однако же — Верен держал за горло врага, а змея бесследно растаяла в воздухе.

— Немедленно сними эту гадость, — сказал Верен таким ледяным и властным тоном, что прибавлять "иначе умрёшь" уже не требовалось. Это и так было достаточно понятно.

— Ты пожалеешь… — прошипел крыс. — Зачем тебе это? — тут же прибавил он, решив, что ещё не всё потеряно и можно попробовать договориться. — Что тебе за дело до них? Они преступники! Я выполняю приказ княгини Леяны!

— Что здесь происходит?! — голос тётушки Мелисы прозвучал трубным гласом. Она вошла в зал со стороны кухни — там находились жилые комнаты её семьи. За ней, как армия за полководцем, выстраивался грозный отряд — щуплый, но решительный супруг, трое сыновей-богатырей и ещё две дочери на подхвате.

— Это преступление! — заверещал крыс, выкручиваясь из стальной хватки Верена. — Я выполняю приказ княгини!

Верен холодно усмехнулся.— Могу я увидеть приказ княгини? Должно быть, у вас имеется грамота, подписанная ею и заверенная магической печатью?

Крыс замер, зло сверкая тёмно-серыми глазами.— Достаточно того, что я служу княгине! — заявил он гордо и извлёк из-под одежды свою клановую искру, светившуюся красным.Такие искры были у тех, кто принадлежал к клану княгини или же состоял на княжеской службе. У остальных светлых оборотней искры были розовыми.

— Прекрасно, — процедил Верен. — Но это ещё ни о чём не говорит. Кроме того, ты забыл о самом главном…

— Мы не в Светании, — едва ли не прорычал Верен. — Здесь Теновия. И я — служу князю Ярону. — Он извлёк из-под одежды свою искру — небольшой каплевидный кулон светившийся зелёным.Как у всех волков и у тех, кто состоял на княжеской службе. У остальных тёмных оборотней искры были синими. И только у воронов, по слухам, чёрными.

Тётушка Мелиса удовлетворённо кивнула. Для неё этого было довольно. Будь её воля, она, конечно, предпочла бы не враждовать со слугами Леяны… Но оставаться добропорядочной подданной Ярона было для неё важнее.

— Так что они тут удумали-то, милостивец? — обратилась она к Верену, моментально решив принять на веру именно его версию событий.

— Хотели похитить ваших постояльцев, уважаемая, — Верен прошипел эти слова прямо в лицо побелевшему от ужаса крысу.До него только сейчас дошло, что, скорее всего, выполнить приказ Леяны не удастся. И боялся он именно её или, может быть, Отступника. Верен почти волоком дотащил его до обездвиженной пары.

— Нет, — тот помотал головой. — Не могу!

— Хорошо, — спокойно ответил ворон. — Я знаю другой способ. Сверну тебе шею — и они спадут сами.

— Они замкнуты не на меня! — затрепыхался тот.

— Ты лжёшь, — устало ответил Верен. — А мне уже надоело с тобой препираться. Убить тебя проще.

Тётушка Мелиса ахнула и прикрыла глаза руками, однако с её стороны не донеслось ни звука возражения. Помимо всего прочего, хозяйка трактира уже рассмотрела, кто подвергся нападению, и её симпатии были всецело на стороне молодой пары — беременность была для неё чем-то священным, как, впрочем, и должно быть, и она никак не могла принять подобное отношение к будущей матери и её пока не рождённому, но уже живому и такому уязвимому младенцу. Та, что носила и рожала пять раз, ощущала это лучше многих!

— Я не шучу, — сказал Верен, и от того, как звучал его голос, даже у Полины по спине побежали мурашки. — Последний шанс.

— Хорошо-хорошо, — забормотал крыс.Он коснулся ошейников, и те легко снялись, оставшись у него в руках.

— Даже жаль, — меланхолично заметил Верен. — Лучше было бы от тебя избавиться. Но я не хочу доставлять лишних хлопот почтенной хозяйке и её семейству. Однако запомни, — он заглянул крысу в глаза, — если мы ещё раз встретимся, я заберу твою жизнь. Это не моё слово. Это слово Лориша. Тьма полыхнула в его глазах и тут же погасла, но главарь похитителей успел её увидеть и содрогнулся всем телом.

— По моей воле мы больше не встретимся, — сказал он тихо. — Отпусти меня сейчас, и я скроюсь. Я не буду стоять на пути у Ворона Лориша.

— Надеюсь, что ты и вправду достаточно умён для этого, — кивнул Верен.

— Не сомневайся в этом. С меня довольно игр сильных. Я не вернусь в Светанию. Но знай, что по их следам идут и другие, их не оставят в покое, — он кивнул на приходящих в себя юношу и девушку.

— Почему ты мне это говоришь? — Верен приподнял бровь.

— Потому что хочу, чтобы взгляд Лориша более не останавливался на мне, покуда я не достигну глубокой старости, — и крыс поклонился Верену.

— Тогда скажи, кто они и зачем нужны Леяне.

— Прости, но этого я не могу сказать. Я давал клятву.

— Что ж… Пусть будет так. Уходи. Я забуду тебя, и может быть, Лориш тоже забудет — на время. Если ты не напомнишь ему о себе ещё каким-нибудь… деянием.

— Раз Вороны Лориша возвращаются… Может быть, жизнь переменится. Может быть, больше не придётся подлостью спасаться от жестокости.

— Да будет так, — сказал Верен.

И незаметный человечек, с лицом, отдалённо напоминающим крысиную морду, вышел из таверны, чтобы раствориться в предрассветном сумраке.