Владимир Федосеев: "Пришла пора выстрелить"

Е.СУРОВ: Владимир Федосеев – победитель главного турнира "Аэрофлота". Я вас поздравляю!

В.ФЕДОСЕЕВ: Спасибо большое! Думаю, что это моя самая большая победа на сегодняшний день.

Е.СУРОВ: Вы прямо предвосхитили мой первый вопрос.

В.ФЕДОСЕЕВ: Да, я решил сработать на опережение, так же, как и по ходу этого турнира – я всегда старался быть на шаг впереди. Мне это часто удавалось, и кажется, что во многом за счёт этого моя победа кажется некоторым участникам турнира какой-то слишком лёгкой, простой. Я провёл относительно мало времени за доской за весь турнир, партии были довольно короткие, но при этом все решения и ходы давались мне тяжело. Поэтому я, конечно, считаю, что это – самая трудная победа, которую я одержал в жизни на сегодняшний день. Это совершенно однозначно.

Е.СУРОВ: Что вам помогло? Что повлияло? Почему именно в этом турнире вы "выстрелили"?

В.ФЕДОСЕЕВ: Думаю, что я "выстрелил" именно в этом турнире за счёт стечения массы обстоятельств и за счёт того, что когда-то уже была пора "выстрелить". До этого у меня турниры не складывались, прошлый год я закончил плохо. А сейчас, после большого перерыва, как-то сумел почувствовать доску по ходу соревнования, играть взвешенно, практично и грамотно в большинстве партий.

Е.СУРОВ: А то, что в турнире разыгрывалась путёвка в Дортмунд, помимо всего прочего, - это послужило дополнительным стимулом?

В.ФЕДОСЕЕВ: У меня не было никакой мотивации именно выиграть турнир. Я просто хотел показать наилучшую игру, хотел увидеть какой-то прогресс в собственном понимании игры и в собственных решениях. Потому что я не акцентировал своё внимание на том, что мне нужно пробиваться в элитные круговики. Я просто пытаюсь начинать выигрывать большие соревнования, поэтому здесь я старался максимально отрешиться от всех дополнительных источников мотивации, а оставить только своё желание играть в шахматы и настрой на победу, который у меня всегда есть, когда я сажусь за доску.

Е.СУРОВ: То есть вы сейчас тот человек, который доволен собой, доволен каким-то преодолением?

В.ФЕДОСЕЕВ: Я не могу сказать, что я доволен собой, потому что были моменты в первом и в седьмом турах, когда я стоял очень плохо, позиции были на грани безнадёжных, и я ставил какие-то практические проблемы и уходил на ничью. Над этим, конечно, надо будет работать, чтобы такого не было в дальнейшем, и стараться показывать как можно более ровную игру. Если я чем и доволен, то только своим результатом. Вот результат действительно восхищает, потому что выиграть такое соревнование – это всегда невероятно сложно , для этого требуются и удача, и умение, и хорошая форма, и умение включиться в каждый критический момент. Когда это удаётся, ты просто пытаешься понять, как это получилось.

Поэтому я сейчас буду анализировать этот турнир, делать выводы – что было сделано удачно, что неудачно – и готовиться к следующему турниру, который у меня совсем скоро, поэтому времени на отдых почти нет.

Е.СУРОВ: И к какому турниру вы готовитесь?

В.ФЕДОСЕЕВ: Я буду играть в "зимней классике" – так дословно переводится название турнира в Сент-Луисе, который пройдёт с 11 марта этого года. Средний рейтинг участников будет порядка 2650 пунктов Эло.

Е.СУРОВ: Это открытый турнир?

В.ФЕДОСЕЕВ: Нет, это закрытый турнир по круговой системе на десять участников. Я вообще считаю, что очень важно играть круговики, а этот турнир можно будет назвать генеральной репетицией Дортмунда, но только с очень большой натяжкой, потому что те шахматисты, с которыми мне придётся встретиться в Дортмунде, находятся на несколько другом уровне, и это ещё мягко сказано.

Е.СУРОВ: А, по вашему мнению, круговики больше способствуют росту шахматиста?

В.ФЕДОСЕЕВ: Круговики способствуют развитию аналитических способностей. В круговике ты не так нацелен на результат, как в швейцарке, потому что одна конкретная ничья не портит твои шансы на итоговый успех, во всяком случае, не так сильно портит, как минимум. Конечно, если нет какого-то явного лидера. Просто турниры закрытые, и проще играть: можно делать ничьи, можно позволить себе не обострять игру. А в швейцарке ты должен брать любой шанс, который у тебя есть, потому что в противном случае ты закончишь её с «+1» в середине пелотона, и никому это абсолютно не будет нужно. Швейцарка провоцирует игру на обострение, а круговой турнир даёт право играть в простые классические шахматы с классическим подходом, где и ничья является хорошим результатом, которым вполне можно быть довольным как хорошей качественной игрой.

Е.СУРОВ: Скажите, Владимир, вы следили за турниром Гран-При, который завершился сейчас в Шардже?

В.ФЕДОСЕЕВ: Да, я следил за этим турниром. Думаю, что там на результате сказалось то, что было слишком узкое или маленькое пространство для манёвра, в сравнении с круговиком турнир не сильно изменился. Они сделали швейцарскую систему, но при этом на 18 участников она сразу приобрела формат полукругового турнира, где каждый понимал, что «+2» – это уже будет место в призовой тройке, это будут большие очки, возможно, даже будет победа. И именно это подтолкнуло людей к тому, чтобы показать максимально сдержанную, максимально взвешенную игру. Даже в круговике люди как-то выцеливают жертв, а здесь, в швейцарке, получилось так, что никто не пытался ничего сделать и как-то изменить ситуацию. Все были вполне довольны таким развитием событий, и это привело к коротким ничьим , которые, на мой взгляд, всё-таки можно разрешить делать в таких турнирах, но если делать из Гран-При швейцарку, то, конечно, швейцарку нужно увеличивать, до 35-40 человек. И это будет честно. Потому что люди, которые отбираются из Кубка мира в претендентский турнир, получают очень маленький, узкий шанс – ведь только два человека из более чем ста участников отбираются. А из Гран-При, где играют 25 шахматистов элиты, выходят те же два человека. И это, может быть, немного неправильно. И, может быть, стоит немного расширить Гран-При и сделать более широкую швейцарку – это было бы интереснее, потому что в швейцарке из 35-40 человек ничего подобного бы не происходило, была бы очень яркая, насыщенная борьба , все бы пытались показать какой-то результат, набрать как можно больше очков. Потому что «+2» уже не казалось бы людям таким великолепным результатом, как в Шардже.

Е.СУРОВ: Вы всё очень интересно и логично объясняете. Но почему же одни шахматисты могут вот так сразу выявить проблему, рассказать, как её решить, объяснить, что не так, а чиновники ФИДЕ регулярно делают совсем иначе?

В.ФЕДОСЕЕВ: Я думаю, что это очень просто. У них совсем другая работа, они делают так, как они считают выгодным с точки зрения какого-то бизнеса, какой-то подачи материала, и так далее. Может быть, они не смотрят профессиональным шахматным взглядом на ситуацию в целом, но они смотрят с точки зрения коммерческой выгоды и заинтересованности публики. Потому что, по сути, если будет играть 35-40 человек, то Гран-При не будет смотреться так элитарно. А элитарность, как мне кажется, им тоже важна. В принципе, я не берусь осуждать решения других людей, у нас у всех разные взгляды на жизнь , на какие-то вещи. И все видят ситуацию по-разному, принимают различные решения. Я бы не брался их с ходу осуждать, но очевидно, что попытки реформирования нужно продолжать в этом направлении, и турнир в Шардже, на мой взгляд, это наглядно показал. Будем надеяться, что произойдут какие-то сдвиги.

Е.СУРОВ: У вас вообще такой достаточно философский взгляд на многие вещи – по крайней мере, на те, о которых мы уже успели поговорить. Это у вас вообще такой склад характера, такое мышление, отношение к жизни?

В.ФЕДОСЕЕВ: Не знаю. Я бы просто сказал, что я с каждым годом понимаю, насколько по-разному люди принимают решение за доской, и понимаю, насколько по-разному люди принимают решение в жизни. Мне кажется, что те пути, которые люди выбирают, - это личное дело каждого, и это не должно меня касаться. Я отвечаю только за себя и излагаю только собственную позицию. Я так же спокойно отнесусь к противоположной позиции, которую мне выскажет человек и приведёт достаточное количество аргументов. Потому что только обсуждая проблему, можно её глубже понять. Вот и всё.

Е.СУРОВ: А есть что-то, предположим, в шахматном мире, с чем вы категорически не согласны, никогда не примете, и хотели бы громко об этом заявить?

В.ФЕДОСЕЕВ: Громко заявить я не хотел бы ни о чём.

Е.СУРОВ: Хорошо, не громко.

В.ФЕДОСЕЕВ: Но, конечно, есть вещи, которые я не приемлю в шахматах. Например, договорные партии. Но не те договорные ничьи, которые, к сожалению, бывают, а конкретные договорные партии, которые тоже, к сожалению, встречаются, но об этом никогда не станет известно широкой публике.

Е.СУРОВ: Давайте поясним, потому что не все понимают. «Конкретные договорные партии» – это когда кто-то выиграл за деньги, кто-то может продать очко.

В.ФЕДОСЕЕВ: Да-да. Мне кажется, что такое явление, как продажа партии, существует . Другой вопрос – на каком уровне? Конечно, это надо выявлять, работать над этим, чтобы людей, которые делают такие вещи, рано или поздно можно было призвать к какой-то ответственности. Мне кажется, что у нас такой системы отслеживания нет, и, может быть, нам этого не хватает. Потому что фактически не всегда борьба бывает честной.

Конечно, читерство в шахматах – бич номер один, и нужно просто дисквалифицировать людей, пойманных на читерстве, пожизненно. А, возможно, даже вводить уголовную ответственность, если это приводит к победе в каком-то крупном состязании, к выигрышу большого приза, и так далее. Безусловно, это воровство денег, мошенничество в чистом виде, неправомерные действия, абсолютно преступные по своему характеру. Поэтому необходимо продумывать систему наказания против этого.

Е.СУРОВ: Не хочется заканчивать разговор на такой ноте, поэтому я вас спрошу вот о чём. Вы – один из тех, на кого возлагают надежды российские болельщики в связи с тем, что сборная рано или поздно должна обновляться, должна омолодиться. И вы – один из первых кандидатов в обновлённую команду?

В.ФЕДОСЕЕВ: Думаю, что я ещё всё-таки не являюсь одним из первых кандидатов в команду конкретно после выигрыша этого турнира. Да, мои результаты достаточно высоки. Некоторые помнят, что я остановился фактически в одной партии от победы в суперфинале чемпионата России в прошлом году, был в одном шаге от неё. Просто партия с Опариным сложилась не тем образом, это был не мой день, и заслуженно победил Александр Рязанцев, показавший отличную игру в турнире. Но также мог выиграть турнир и я.

В целом, я думаю, сейчас достаточно понятно, кто будет играть за команду. Есть группа шахматистов в возрасте 26-27 лет, которые пока солидно меня превосходят и по рейтингу, и по опыту, и по мастерству (хотя это мы ещё проверим). И я думаю, что пока идёт их время. А моё время в сборной, может быть, настанет, а может быть, и нет – этого никто не знает. Сборная – система закрытая.

Е.СУРОВ: И буквально пару слов расскажите о себе – кто вы, откуда, женатый ли вы человек, и так далее. Ведь наверняка вы сейчас многим интересны.

В.ФЕДОСЕЕВ: Я не женат, но у меня есть девушка, с которой я встречаюсь два с половиной года. Родился я в Санкт-Петербурге, начал играть в шахматы в семь лет. В игру меня привёл отец, который занимался шахматами во времена своей молодости, а затем поступил на физфак Ленинградского государственного университета и принял решение заниматься учёбой, работой и завязать с шахматами. А мне он просто в детстве показал эту игру, и в возрасте семи лет я начал заниматься шахматами и довольно быстро достиг каких-то результатов. Например, играть вслепую я научился одновременно с тем, как вообще научился играть в шахматы.

Больше ничего необычного о себе сказать не могу. Я несколько раз выигрывал абсолютные титулы, выигрывал все соревнования в своём возрасте на чемпионате России и на чемпионате Европы. На первенстве Европы в Будве в 2013 году я взял пять золотых медалей, а на чемпионате России в 2011-м взял все три – и рапид, и блиц, и классику. Так что желание одерживать абсолютные победы – это, можно сказать, моё творческое кредо. Чтобы никто не мог оспорить мой результат, даже я сам.

Е.СУРОВ: Вы по-прежнему живёте в Петербурге?

В.ФЕДОСЕЕВ: На самом деле, я уже довольно долго живу в Москве, хотя в Петербурге бываю за год примерно столько же, сколько и в столице. Но это просто связано с тем, что у меня там больше друзей, больше какой-то деятельности, шахматные сборы мне удобнее проводить там, тренер у меня проживает в Санкт-Петербурге, ну и семья, к которой я возвращаюсь в гости. Кстати, хочу поблагодарить и поздравить команду тренеров, работавших со мной: Павла Игоревича Другова, Дениса Сергеевича Евсеева, Александра Валерьевича Халифмана, а также мою семью и любимую девушку!