Рыба-заяц. Рисунок из рукописи XIV в.
Рыба просто моргнула, думаю следующий кадр прояснит ситуацию:
Нашего зайца все звери пугаются
С детства мы привыкли считать, что заяц - это милый безобидный зверек. Реальность оказывается немного иной.
На задних лапах зайца находятся достаточно острые когти, которыми он легко может нанести если и не смертельную, то весьма чувствительную рану противнику. Агрессивны зайцы и по отношению друг к другу - поговаривают, что они даже преследуемые хищниками не забегают на территорию соседей. Да и чистым вегетарианцем зайца считать нельзя - он может и мелкой живностью перекусить, и птицей полакомиться. Да и падалью не брезгуют.
Что же касается размеров, то это мы привыкли, что они маленькие. Временами, удачливым охотникам встречаются зайцы-монстры, поражающие своими размерами.
Заяц, добытый в Астраханской области. Вес - 12 кг 300гр
А ведь еще пару столетий назад в лесах водились зайцы весом под 20 кг. Таких огромных зайцев на Руси называли "заячьими князьями". По сообщениям некоторых археологов, зайцы раньше в принципе были крупнее современных, и это было нормой. Ну или наши предки-охотники были намного удачливей.
Предлагаю посмотреть на того зайца, которого видели в лесах несколько столетий назад на территории Руси.
Вот он - гроза лесов. Ну ведь явный хищник. Автор рисунка достаточно точно отобразил того зайца, который встречался на пути. Не зря наши предки считали, что встреча с зайцем сулит неприятности. "Тебе пень да колода, нам путь да дорога!" - так говорили неожиданно пробежавшему через дорогу зайцу. Посмотрев на изображение зайца тех времен, невольно начинаешь понимать, что с таким типом действительно лучше лишний раз не встречаться.
Вы не верите этому изображению? Вот вам другое. Здесь охотнику повезло, и он повстречался не со взрослой особью, а с маленьким, хотя и вполне уже злобным, зайчиком.
А вот здесь явно не один охотник полег, пока смогли завалить зайца покрупнее - туловище зайца по длине совпадает с туловищем человека. Возможно, что охотникам просто очень сильно повезло и они смогли поймать зайца в "заячью яму", где долго зайца держали голодным - не зря же он такой худой. К сожалению, отсутствует поясняющая часть летописи.
Впрочем, есть и документальные кадры, которые показывают охоту зайца на барана. Можно увидеть, что он без труда догоняет и заваливает взрослого барана, после чего тащит его в свою берлогу.
Стоит отметить, что и остальное зверье было ничуть не лучше.
В лесах наших водились вот такие медведи, ростом с половину доброго дерева.
А с ветки на ветку играючи перелетали громадные кровожадные летучие мыши.
Если внимательно присмотреться к вышеуказанным картинкам, то заодно мы увидим и родство этих тварей, что лишний раз подтверждает теорию эволюции. Хотя, если учесть плодовитость зайцев и их способность расшевеливать все, что не шевелится, то могут быть и другие варианты родства.
Как широко известно в узких кругах, немцы, захватившие власть в России, вроде Миллера и Байера, успешно владели не только своим аллеманским языком, но и русским, и даже церковнославянским, а также обладали навыками скорописи. Это позволило им полностью переписать русские летописи. Но вот художники из них не вышли, поэтому они оставили изначальные картинки, обозвав их на свой лад "миниатюрами". Вот по этим миниатюрам мы способны полностью восстановить события далеких лет.
Например, становится ясно, что наши предки ходили в заморские походы на Индию, откуда привезли слонов. Мы это легко можем понять вот по такой картинке.
Почему я утверждаю, что слона смогли привезти? Так посмотрите, как у него торчат ребра - явно в дороге плохо кормили.
Кстати, слоны в то время были более разнообразно представлены в природе. Водились к примеру и вот такие экземпляры, которых обычно рисовали вместе с носорогами.
Наши предки ходили и в более дальние походы - за тридевять земель - где в те времена еще можно было встретить таких экзотических животных, как на картинках ниже.
Это телчеслон и верблюпардус. Впрочем, я уверен, вы и сами это смогли прочитать на подписях к изображению животных. Вот еще изображение этих вымерших животных, но уже среди местных жителей.
Еще они встречали таких редких животных, как единорог, водный конь и морской конь. Думаю, сможете разобраться кто здесь ху.
Вот такие секреты раскрывают русские летописи при внимательном просмотре.
А каких животных Вы встречали в русских летописях?
А здесь слон, обиженный на минусаторов.
В конце 1950-х годов в СССР начали исчезать целые поселки. Во всем оказались виноваты рыба и японцы
Первое послевоенное десятилетие стало для Камчатского полуострова временем быстрого развития. На побережье появлялись, росли десятки предприятий по переработке главного местного ресурса — морепродуктов. При них возникали и жилые поселки, куда со всего Советского Союза переезжали на работу тысячи людей. Будущее казалось безоблачным, и тем сильнее был шок от катастрофы, случившейся в конце 1950-х. В течение следующих двух десятков лет с карт и лица земли исчезли почти 50 населенных пунктов, а всему виной было хищническое отношение к природе.
Великая рыбная империя:
Рыба, да и морепродукты вообще занимают важнейшее место в рационе практически всех жителей Японии. В чем-то это вынужденное положение вещей — из-за особенностей рельефа, большого количества гор и лесов вырастить достаточное количество сухопутных животных для закрытия потребностей населения в еде проблематично. Но объективно в окружающих страну морях водится большое количество вкусной и полезной пищи. Особенно уважают японцы лососевых, а среди них ценится нерка, которая размером и формой тела напоминает кету, но при этом имеет интенсивный красный цвет мяса. Внешне она особенно эффектно выглядит в брачный период, когда вновь-таки ярко краснеет.
Проблема заключается в том, что искусственно разведенных рыб многие японские гурманы стараются обходить стороной, а за выросшими в естественной среде обитания приходится порой заплывать достаточно далеко. Например, нерки особенно много у камчатского побережья. В реки полуострова (особенно в Камчатку и Озерную) эта рыба заходит на нерест, поэтому лучшее место для добычи ценного деликатеса находится именно здесь.
Для японцев доступ к рыбным ресурсам прибрежных вод всего дальневосточного побережья Евразии приобрел принципиальное значение еще в последней четверти XIX века. Целая серия договоров и конвенций предоставила Японской империи широкие права для лова морепродуктов в российских территориальных водах. В начале XX века в поисках новых рыбных стад, кормящихся на морских пастбищах, японские моряки стали доплывать до берегов Камчатки. В 1928 году было заключено новое соглашение уже с советским правительством, подтверждавшее права японцев на добычу рыбы в территориальных водах СССР, однако заходить для этого в камчатские реки им запрещалось.
Впрочем, хватало и морских участков. В 1930-е годы японские рыбаки вылавливали до ста тысяч тонн рыбы в год, что превышало советские результаты. Более того, на побережье Камчатки появилась развитая перерабатывающая промышленность, принадлежавшая рыбопромышленным корпорациям Японской империи. В общей сложности на территории советской Камчатки перед Второй мировой войной работало 32 консервных завода (с 79 линиями, 5 холодильниками, 42 рефрижераторами и 2 утильзаводами), находившихся в японской собственности. При заводах строились и капитальные жилые поселки с инфраструктурой для проживания рабочих, которых туда завозили по весне перед началом сезона лова камчатского лосося.
Советская рыбная промышленность на Камчатке перед Второй мировой тоже развивалась активно, хотя догнать японскую пока не могла. В общей сложности там функционировало 16 консервных заводов с общей производственной мощностью в 52 линии, при которых также росли рабочие поселки. Где-то они развивались на базе исторических поселений, где-то создавались с нуля, но уже к 1934 году в такого рода населенных пунктах скопилось 15 тыс. человек, и их число продолжало поступательно расти.
Вторая мировая внесла коррективы в ситуацию на полуострове. Япония, как известно, оказалась в числе стран, войну проигравших, и по ее итогам потеряла Южный Сахалин и Курильские острова, территории, с точки зрения рыбодобычи стратегические. В частности, немалый объем лососевых получался японцами именно в принадлежавших им ранее Курильских проливах, контроль над которыми в 1945-м они потеряли. Поле для деятельности их промыслового флота еще более сузилось после запрета Советским Союзом японского лова в 12-мильной зоне у своих берегов, а также после подписания империей договора с США и Канадой, фактически закрывавшего для страны североамериканскую часть Тихого океана. Рыбки, впрочем, японцам хотелось все так же, поэтому всей мощью своего флота они обрушились на дальневосточные стада тихоокеанского лосося.
Дрифтерный лов:
Остаться великой рыбной державой Японии помогло использование т. н. дрифтерных сетей. На морских пастбищах лосось держится не компактными стадами, а достаточно разреженно. Именно дрифтерные сети являются в таких условиях самым эффективным способом добычи этой рыбы. Они представляют собой сети высотой от 3 до 15 метров, длина которых может достигать 4,5 км. У такого рода сетей две главные особенности — они подвешены к поплавкам и способны свободно дрейфовать, собирая по дороге лососей. При этом, попав в ячейку сети, рыба высвободиться уже практически не может.
Использовать дрифтерный лов в окружающих Камчатку водах японцы начали еще до Второй мировой. В реки, куда шла на нерест нерка, заходить им было запрещено, но никто не мешал ловить лосося напротив их устья. В конечном счете японские рыбаки принялись выставлять на пути движения рыб гигантские дрифтерные порядки, длина которых порой достигала нескольких десятков километров. В общей сложности ловом у них там занималось три сотни судов, объединенных в восемь плавучих баз. Дрифтерные сети выполняли свою задачу крайне успешно, но по сути являлись варварским способом добычи нерки.
К 1956 году Япония добывала у азиатского побережья СССР 280 тыс. тонн различных лососевых ежегодно, что в три раза превышало объем советской добычи. Фактически Советский Союз, не имевший к тому времени океанского рыболовного флота, был вынужден довольствоваться лишь той рыбой, которой удавалось преодолеть японские дрифтерные барьеры и попасть в прибрежные воды и в реки на нерест. Естественно, улов при этом снижался (и очень резко) каждый год, ведь возможности восполнения популяции после дрифтерного лова не оставалось. Лосося физически становилось все меньше и меньше. На Камчатке причину этого не понимали (или делали вид, что не понимают), лишь рапортуя об очередном катастрофическом невыполнении спущенного из Москвы годового плана. Объяснялось это так (на примере Озерновского рыбокомбината):
«Причины столь резкого снижения уловов красной и в особенности горбуши (для которой нечетные годы до сих пор характеризовались повышенной уловистостью) комбинату не ясны. Требуются, по-видимому, соответствующие обследования по линии научно-исследовательских организаций. Снижение подхода лососевых за последние годы и прогрессирующее из года в год усиление активного морского лова изменили производственный профиль комбината, принимающего теперь разнорыбицу и, главным образом, сельдь. Береговое хозяйство комбината уже не соответствует новому направлению его работы. »
Рыбный порт на Камчатке:
А вот в Москве чиновникам соответствующего профиля все должно было быть понятно, ведь «научно-исследовательские организации» сообщали в центр всю правду о текущем состоянии дел. Далее выдержка из служебной записки Камчатского отделения НИИ рыбного хозяйства и океанографии:
То, что произошло за эти считанные годы, позже назвали «дрифтерной катастрофой».
Смертный приговор:
Судя по всему, служебная записка, отрывок из которой приведен выше, сработала. В феврале 1956 года вышло постановление Совета министров СССР, в соответствии с которым с 15 мая того же года без соответствующего разрешения государственных органов рыбоохраны запрещался лов лососей в морях, прилегающих к Камчатке. В этих водах, являющихся исключительной советской экономической зоной, японских рыбаков больше быть не должно. Однако буквально за день до начала действия этих ограничений в Москве экстренно подписывается новая советско-японская рыболовная конвенция, фактически сохраняющая доступ японских судов, но несколько ограничивающая объемы добычи лосося в околокамчатских водах.
Имеющаяся информация позволяет допустить, что несчастный тихоокеанский лосось, а заодно и судьба рыбоперерабатывающей промышленности региона и жилых поселков при ней стали разменной картой в высоких геополитических играх. Отмена лососевой войны и сохранение доступа к дальневосточным рыбным ресурсам были непременным условием японской стороны для начала официальных переговоров о нормализации отношений с СССР. Переговоры действительно начались уже в июле 1956 года, и советское правительство, по всей видимости, искренне надеялось, что они закончатся заключением мирного договора и решением «курильского вопроса». Состояние войны к октябрю было прекращено, но мирного договора так подписано и не было. Ну а лосося продолжили добывать с помощью дрифтеров, что и привело к вполне ожидаемым последствиям.
Ко второй половине 1950-х годов СССР создал на Камчатке довольно мощную и современную перерабатывающую промышленность. На полуострове в составе «Камчатрыбпрома» работали 40 комбинатов, 45 консервных заводов, более 60 рыбозаводов, часть которых была конфискована у проигравших войну японцев. Вместо сезонных рабочих на Камчатку принялись переезжать переселенцы из других городов Советского Союза, где ситуация с продовольствием была гораздо хуже. Жилые поселки росли, при них создавалась соответствующая социальная инфраструктура. В начале 1950-х рыболовецкие колхозы ставили рекорды по объемам добычи лососевых, но уже во второй половине десятилетия все закончилось полной катастрофой.
К началу 1970-х было закрыто 23 комбината, 25 консервных заводов, 18 холодильников, 36 рыбоперерабатывающих баз. Всего за 13 лет с карты Камчатки исчезло 48 населенных пунктов (большей частью без следа), включая исторические села, существовавшие с дореволюционных времен, и достаточно крупные по местным мерками поселки городского типа. Работу потеряли и были вынуждены вновь переехать десятки тысяч человек. Пресловутые «лихие 90-е» на Камчатке наступили тремя десятками лет раньше.
Лов японцами рыбы в советской «исключительной экономической зоне» (200 миль от берега) был вновь запрещен лишь в 1978 году. На этот раз в последний момент решение не отменили. Популяция нерки и прочих лососевых постепенно начала восстанавливаться. Чтобы компенсировать падение добычи в прибрежных водах, Советский Союз начал развивать собственный океанский флот, и в конечном счете именно он стал основным добытчиком морских ресурсов.
В середине 1990-х российские власти разрешили дрифтерный лов уже для своих компаний, и в скором времени зашла речь о второй дрифтерной катастрофе. Деликатесная нерка вновь красной рекой потекла в японские рестораны. Этот вид лова был запрещен лишь в 2016 году, и остается надеяться, что уже надолго. Ну а советская дрифтерная катастрофа второй половины 1950-х останется напоминанием, к чему может привести, сколько судеб может сломать варварское отношение к природе.
"Вода". Лист из серии "Тюркская легенда". 2003 год.
Бумага, фломастеры, тушь, изограф. 420х590 мм.
Необычное столкновение
Автор: Даниил Ли.
В комментах к пасте про столкновения с птицами вспомнили и медведя, сбитого при посадке «семьсот тридцать седьмым» на Аляске в двадцатом, и трёх индийских коров в Нагпуре (Boeing 737-2A8, 1975 год), и лося, столкнувшегося с вертолетом на той же Аляске в восемнадцатом. Но это всё наземные случаи, а в воздухе сталкиваются исключительно с птицами… или нет?
30 марта 1987 года 737-200 авиакомпании Alaska Airlines, взлетевший из Джуно, при наборе высоты столкнулся с ЛОСОСЕМ. Естественно, в небесах лосось парил не по собственной инициативе – его тащил белоголовый орлан. Увидев приближающийся «Боинг», орлан проявил не свойственную его племени сообразительность (так-то мозги у них куриные) и заложил крутой вираж, выронив в процессе добычу. Вероятно, он прожил долгую и счастливую жизнь; во всяком случае ему точно удалось пережить эту внезапную встречу. А вот лосось, едва успевший глотнуть воздуха нежданной свободы, попал из огня да в полымя, превратившись в кляксу на лобовом стекле ероплана. Итого в мире стало одним голодным орланом больше, одним лососем меньше; больше, к счастью, никто не пострадал. Самолёт благополучно прибыл в свой пункт назначения – Якутат, где со стекла смыли ошмётки лососёвых кишок и чешуи. Единственная серьёзная проблема, с которой столкнулись участники этой истории – убедить газетчиков, что это не первоапрельский розыгрыш.
История эта быстро разошлась, и в Alaska Airlines считается настолько легендарной, что у них с 2005 года даже появился 737-400 в персональной ливрее «Salmon-Thirty-Salmon» (salmon – лосось). Причём одной лишь ливреей не ограничились, отделка салона тоже содержит рыбные мотивы. Самолёт – гордость авиакомпании, он по праву считается одним из красивейших коммерческих авиалайнеров в мире.
Такие дела, котаны… До новых встреч!
Автор: Даниил Ли.
Подпишись, чтобы не пропустить новые интересные посты!
"Колобок"
"Колобок". Лист из серии "Исторические сказки". 2013 год.
Бумага, тушь, фломастеры, изограф. 600х800 мм.
Про рыбов и пророков в своем отечестве
Я периодически занимаюсь тем, что просматриваю сайты различных музеев. Сейчас для таких заведений хорошим тоном является выложить в открытый доступ базу данных с фотографиями экспонатов, а также вести аккаунты в соцсетях.
Недавно я узнал, что Баварский национальный музей (Bayerisches Nationalmuseum) проводит выставку "Выпивая рюмку: Со стилем. Ради удовольствия. Как наркотик", ("Schnapstrinken. Mit Stil. Aus Spaß. Als Droge"), которая посвящена культуре потребления алкогольных напитков с позднего Средневековья и до наших дней. Так вот, ее "медийным лицом" стали вот эти рыбки, которых вы можете видеть на фотографии. Конечно, они вам знакомы.
Коньячный (или ликерный) набор под названием "Семейство карпов" имелся практически в каждой семье, а сейчас объявлениями о его продаже заполнены сайты типа "Авито", "Юлы" и тому подобных. Первый экземпляр набора был создан работавшим на рижском фарфоровом заводе скульптором Абесаломом Давидовичем Барамидзе в 1955 г. и даже успел поучаствовать в выставке в Японии. Затем "Семью карпов" скопировал Полонский фарфоровый завод из УССР. Там рыбы приобрели каноничную окраску с синей спиной (встречались также менее выразительные желтые и зеленые варианты), а суммарный выпуск с 1962 по 1991 гг на разных заводах достиг миллионов экземпляров.
Последние образцы выпускали уже находившиеся на последнем издыхании после развала СССР украинские предприятия, рабочие которых если и получали зарплату, то бартером в виде продукции вроде этих наших рыбок. Кому бартера не доставалось - те попросту крали недоделанную продукцию с конвейера и везли ее продавать на развалы толкучек в Россию по дешевке. Наверно, сейчас за такими "недоделками" гоняются коллекционеры. В целом же, современный россиянин воспринимает такой коньячный набор, как аляповатый ширпотреб, у кого-то вызывающий ностальгию, а у кого-то ныне модную ненависть ко всему советскому.
Иное дело - немцы. Для них "Семья карпов" в новинку. На выставке синие рыбки соседствуют с деревянными флягами 1610 года и прочим фарфоро-хрустальным инвентарем. Оригинальный внешний вид, оторванность от социо-культурного контекста делают их интересным и выразительным экспонатом, наслаждаться внешним видом которого можно самим по себе. Интересно, известно ли баварским музейным работникам, что из этого графина и рюмок практически никто никогда не выпивал?
История с рыбками наводит на вот какую мысль: а до конца ли понимаем мы, что выставлено в наших музеях? Что значили те старые и смешные предметы для людей, ими пользовавшихся? С другой стороны и мы перестаем видеть вещи вне их контекста, то избыточно повышая их значимость, то занижая.
А рыбки-то замечательные, немцы правы.
Автор: Дмитрий Сувеев.
Подпишись, чтобы не пропустить новые интересные посты!
Ждановский (Мариупольский) рыбоконсервный завод во времена СССР
Небольшая история селедки
Это памятник Виллему Бейкельсзоону в Нидерландах. В городке Биерфлит.
Это рыбак, придумавший способ засолки селедки. В одной руке у него селедка, в другой нож. Одним резким движением он удаляет жабры. Засыпает соль.
Благодарю его изобретению Голландия в те годы экономически озолотилась на экспорте селедки по всему миру!
До конца XIV в. селедку не считали пищей, достойной порядочных людей. Ее не жаловали из-за тяжелого запаха прогорклого рыбьего жира и неприятного горького вкуса. Это была еда нищих и монахов, смирявших свою гордыню и умерщвлявших плоть. Король Людовик IX Святой посылал ее в качестве милостыни в колонии прокаженных. Словом, селедкой питались люди, либо добровольно отвергшие все земные удовольствия, либо не имевшие возможности насладиться вкусной едой и кое-как поддерживавшие свои силы тем, от чего отворачивались более удачливые.
Покупать такую рыбу охотников находилось немного, а потому и ловили ее не очень охотно. Рыбаки, обнаружив косяк сельди, забрасывать сети не спешили. Лов ее начинали только тогда, когда в море уже ничего кроме селедки, шедшей в начале лета к берегу, поймать было невозможно.
Так продолжалось до тех пор, пока в 1380 году голландскому рыбаку Виллему Якобу Бейкельсу фан Биерфлит (Willem Beukelszoon van Biervliet), жившему в прибрежной деревне Биерфлит, не пришла в голову идея, полностью изменившая положение вещей.
Бейкельс перед засолкой стал удалять у селедки жабры, которые придавали ей горечь. В этом деле он достиг совершенства и даже изобрел способ удалять их одним движением ножа. Подготовленную таким образом рыбу Бейкельс укладывал в бочки аккуратными слоями, чтобы рыба «не душилась» , и равномерно пересыпал солью каждый слой. Делал он все это прямо в море, едва выловив рыбу, и пока судно шло к берегу, рыба солилась в бочках на борту лодки.
Прежде никому и в голову не приходило столько возиться с такой дрянью, как селедка! Тем больше удивились соседи Бейкельса, когда в результате означенных манипуляций у их односельчанина получилoсь нечто, что язык не поворачивался назвать «селедкой» , в те времена бывшей символом всего грязного и вонючего, - вкусная, аппетитно пахнущая жирная рыбка, которая буквально таяла во рту.
Автор: Александр Черняков.
Подпишись, чтобы не пропустить новые интересные посты!
"Топор есть? Для рубки мяса" (с.)
Снять котика с дерева - люди сталкивались с этой проблемой уже в начале XIV века
Этого милого котика зовут Тиберт, он один из персонажей «Романа о Лисе», сатирического памятника французской городской литературы конца 12 – начала 13 века.
Картинка из иллюминированной рукописи начала 14 века.
Обычно котика снимают спасатели, пожарные или просто достаточно ловкие доброжелатели – а тут все как-то нетривиально закончилось…
Стекло спасатели, правда, не разбили, но котє угнал лошадь!
По крайней мере, убийств стало меньше
Франция и Британия тогда: Я буду доминировать над миром!Нет, я!
Франция и Британия сейчас:
Это моя рыба!Нет, моя!
Камчатка XVIII века. О пище Камчатского народа и её приготовлении
Главная пища Камчатских народов, которую можно сравнить с хлебом на нашем столе, - это юкола, которую они делают из всех видов лососевой рыбы. Каждую рыбу разделяют на шесть частей; бока с хвостом особенно вешают и сушат на воздухе; спинную часть обычно готовят на пару; головы квасят в ямах, пока весь хрящ не покраснеет (едят их как солёную закуску). Тело, которое по снятии боков остается на костях, особенно снимают и сушат вязками, а кости сушат для содержания своих собак. Таким образом готовится юкола и у других народов из различных рыб. Камчадалы своим языком называют её - за́ал.
Второе Камчатское любимое кушанье - икра рыбья (по-камчатски инетоль), которая несколькими способами готовится:
1) Сушится на воздухе вязками.
2) Вынимается из перепонки, в которой находится как в мешке, и наливается в стебли или дудки различных трав (особенно сладких), и у огня сушится.
3) Делается прутьями и сушится в травяном листе.
Каждый, кто ходит на промысел, старается запастись такой икрой, как отличным источником пропитания. Обычно, Камчадал употребляет такую икру на промысле вместе с березовой или ивовой корой. Порою кору они едят и без икры (заместо конфет).
Есть также и четвертый способ приготовления икры, но он используется не только у Камчадалов, а ещё и у Коряк. Свежую икру кладут в ямы, устеленные травой, и, закрыв сверху травою, квасят землей. Таким образом, получается кислая икра, которая считается таким же приятным лакомством, как у нас икра свежая. Но Коряки, к слову, квасят икру не в ямах, а в кожаных мешках.
Третье Камчатское кушанье называется Чу́прики, которые готовят из разных рыб следующим образом: В юртах, в балаганах, и в барабарах над очагом делают помост из кольев, и кладут на него рыбы в высоту до трех аршин (
213см). После этого натапливают помещение, как баню, и если рыбы на помостах будет немного, то она поспевает довольно скоро. Если же рыбы много, то приходиться топить по нескольку раз, попутно перемешивая её. Такая рыба бывает полужареная и копченая и по вкусу весьма приятна и такой способ приготовления в то время считался одним из самых лучших на Камчатке.
Тело рыбье в коже, как в мешке лежит, и снять её можно без особых трудностей. Потроха и кишки вынимаются из рыбы, когда она поспеет. Тело растирается мелко, сушится на рогожах досуха, и кладется в мешки, плетеные из травы. Это есть настоящая Камчатская по́рса, которую и Тунгусы около Охотска готовят. Вяжут же такую жареную рыбу и плетенками не растирая тела, и едят сухую как юколу.
Что касается до мяса морских и земных зверей, то их варят в корытах с различными кореньями (особенно с сараной): похлебку пьют ковшами или чашами, а мясо само едят руками. К слову, любой вид похлёбок у них называется Опа́нга.
Вареный жир (китовый или нерпичий) кроят ремнями, и сколько в рот влезет, столько ножом отрезают у самых губ и целиком глотают, словно Крохали* или чайки рыбу.
Главное и богатое блюдо, которое готовится на пирах или в праздники, называется Села́га, (по-казачьи толкуша). Делается из различных кореньев и всяких ягод толченых с икрой, с нерпичьим и китовым жиром, а иногда и с вареной рыбой. Толкуши из кислых ягод и сараны весьма приятны, потому что кислы, и сладки и сытны.
Что касается питья, то Камчадалы, до покорения Россией, на знали ничего кроме воды. Для веселья пили мухомор, настоянный в воде. Пили много воды после обеда. Вечером никто не ложился спать не поставив у постели несколько ведер воды (при этом, кладут в неё много льда и снега), - утром же, часто, все посудины уже были пусты.
Из книги "Описание земли Камчатки", С.П. Крашенинникова.
Анималистика
Почему у христиан основной символ крест, а не рыба?
Автор: Дядя Ваня.
Символы вещь очень интересная, и порой скрывает в себе куда более глубокий смысл, бездной таящий в себе интересные находки и опасности.
Люди привыкли видеть символы либо только с одной стороны, как это сейчас происходит со свастикой, за рисование которой можно получить статью 214 УК РФ (вандализм) и кучу еще всяких статей, и алой зарей будет красоваться задница нарисовавшего от отцовского нагоняя. Либо не видеть смысла вовсе, воспринимая символ как нечто обыденное, карикатурное.
Но символ всегда что-то да таит. Послание, предупреждение, или же, если этот символ в картине художника - бескрайние просторы для полета мысли в попытках понять посыл автора. А ещё им можно идентифицировать человека, и понять: стоит ли с ним вообще водиться, или лучше обойти стороной. Например, символ рыбы в христианстве. Чтобы не попасть в "богами проклятый спятивший Рим" в Колизей не в качестве зрителя, или не быть замученным в подвалах города_нейм в любом уголке мира, ребята придумали лайфхак: при встрече один рисовал дугу, и с улыбкой ожидал ответа от другого. Если тот рисовал такую же, чтобы получилась рыба - все, свой человек, можно с ним и винца испить, и посмотреть на зеркало озера в тихий час суток.
Но рисовать на песке всё-таки палевно, поэтому пытливый ум христиан дошел до создания кулонов и изображения рыб на домах. И все равно рисовать на песке оставалось самым актуальным, ибо рыбки внезапно могли стать трендом среди язычников, и пойди пойми: по серьезному сей гражданин обозначил себя христианином, или же он модник, начертавший ихтис у себя на стене.
Вообще, почему именно рыба стала символом христианства, и, между прочим, остаётся до сих пор? Все не настолько просто, как думает читатель, читая этот буквенный поток.
Перво-наперво, это многочисленные отсылки к Евангелию, где множественное число раз упоминаются рыбы, символизируя людей, а апостолы это рыбаки. Слова Иисуса только подтверждают эту мысль:
«не бойся; отныне будешь ловить человеков» (Лук.5:10). А во-вторых, ихтис на греческом еще и обозначает акроним имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Ἰησοὺς Χριστὸς Θεoὺ ῾Υιὸς Σωτήρ (Иисус Христос Божий Сын Спаситель). В общем, скрывались от недремлющего ока правосудия, как могли, сокрывая истинный смысл начертаний.
И казалось бы, если есть уже символ, и люди знают сакральное значение, то не имеет никакого смысла его менять. Как говорится: не надо менять то, что уже прекрасно работает. Однако тут вмешалась сначала св.Елена, а потом стихийность, которая перед этим поспособствовала распространению ихтиса. Для начала она, на волнах своего энтузиазма, отправилась отыскивать крест. Ну, захотелось под старость лет помочь сыну в укреплении власти. И таки нашла, но часть она отправила сразу в Константинополь, а вторую оставила в Иерусалиме, куда моментом стали стекаться паломники, чтобы поклониться новообретённой реликвии. Однако не всё было гладко, и многие паломники пытались отгрызть зубами кусочек креста, на котором был распят Иисус, чтобы потом хранить у себя.
Оставим жар пятых точек для других статей, скажу лишь, что откусить смогли многие, а часть Елена раздала по дороге домой. Люди же стали прятать частички креста в любые емкости, желательно золотые, и хранили их у себя на груди. Ёмкости старались делать в виде креста.
Позднее, когда частичек на всех не хватило, но полет фантазии торговцев не останавливался, то придумали просто продавать крестики, чтобы быть причастными к деяниям Христа, а Константин только поддержал, потому что это способствовало развитию его доктрины, если так можно сказать.
Вот так незаметно, начиная с Иерусалима и до Константинополя, был проделан путь перехода от ихтиса к кресту, хотя и в наши дни можно увидеть символ рыбы на машинах. Одиноким рисунком, о котором помнят немногие, сейчас красуется ихтис на фасадах здания, ненавязчиво напоминая, с чего все началось.
Автор: Дядя Ваня.
А вот тут вы можете покормить Кота, за что мы будем вам благодарны)
Про самую спокойную в мире страну
Жил на свете такой Дубровский. Нет, не тот, который "спокойно, Маша!", а другой, Пётр Петрович.
Работал Пётр Петрович Дубровский секретарём-переводчиком посольства России во Франции аккурат во время Великой французской революции, и была у него одна, но пламенная страсть.
Наутро после знаменитого взятия Бастилии во дворе бывшей тюрьмы никого не было - восставший народ успел не только одержать победу, выпустить заключенных, отпраздновать победу (потанцевав, ага) но и даже разойтись - ведь делать там больше было нечего.
Но одинокий человек, копошившийся ранним утром во дворе Бастилии, придерживался другого мнения. Это был Дубровский. Он собирал во дворе и рвах листки из развороченного накануне архива Бастилии.
Да, Дубровский был страстным коллекционером рукописей. И в буре Великой Революции он занимался тем, что скупал выбрасываемые восставшей чернью старые рукописи - не только бастильские, но из разоряемых древних монастырей вроде цистерцианского монастыря в Париже Сент-Антуан де Шан или Сен-Жерменского монастыря.
В общем, после отставки он привез в Россию около 400 древних западноевропейских рукописей и миниатюр, 94 восточных (на 15 языках) и около 50 славянских. А потом подарил свою коллекцию Александру I.
Император распорядился передать ее в Императорскую публичную библиотеку. Именно коллекция Дубровского стала основой отдела европейских древних рукописей библиотеки, а сам собиратель получил щедрую компенсацию ( единовременную субсидию в 15.000 руб. и пожизненную пенсию в 3,000 рублей ежегодно) и место хранителя новообразованного отдела.
Лист из коллекции Дубровского
Это все была присказка, а теперь - сказка.
А столетие спустя, в 1903 году, уже другой император, Николай II, в беседе с приехавшим в Россию французским президентом, показав коллекцию и рассказав ее историю, вдруг щедрым жестом предложил вернуть ее Франции.
На что тот, по легенде, ответил:
-- Не сочтите за дерзость, Ваше Величество, но мне вот о чем подумалось. У нас ведь за эти сто лет, кроме той, Великой, было еще три революции, шесть режимов, дважды восстанавливалась монархия, иностранная оккупация, Парижская коммуна, уличные бои в столице.
Пусть лучше рукописи лежат у вас.
Россия - самая спокойная в мире страна.
Это отрывок из моей книги "Жизнь примечательных людей".
Персоналии кухни Средних веков и Раннего нового времени-1
Средние века оставили нам не много имен людей мирных занятий. Скажем, тех, кто готовили еду или писали книги. Или и то, и другое. Значительная часть средневековых текстов написана анонимно, в том числе и кулинарные манускрипты. Но некоторые имена все же смогли до нас дойти.
Начать, и идейно, и хронологически, следовало бы с Гийома Тиреля (ок. 1310 - 1395), известного как Тайеван, автора le Viander. Написанная ок. 1380 г., эта рукопись уже более полтысячи лет остается едва ли не самой популярной средневековой кулинарной книгой. Ее копии имелись в библиотеках множества европейских аристократов, включая польских королей, в новое время она неоднократно тиражировалась типографиями, а к ее рецептам относились как к источнику вдохновения даже повара наших дней, такие как создатель современной французской кухни Огюст Эскофье.
Само слово “Viander” означает не только повара, но нечто большее - человека, который закупает продукты для блюд, управляет их расходом, а также непосредственно готовит пищу, либо контролирует этот процесс. Вероятно, именно этим занимался Тайеван в годы своей длительной службы у различных французских аристократов, включая двух королей: Шарля V Мудрого и его сына, Шарля VI Безумного.
За это время успели закончится Великий голод, пройти эпидемия Черной Смерти и начаться Столетняя война, но для французской кухни это был период расцвета средневековой кулинарной традиции.
Не смотря на огромную популярность Viander, на сегодняшний день известны всего четыре копии его рукописи, отличающиеся некоторыми деталями и подробностями отдельных блюд. А в 1953 году был опубликован найденный в швейцарском городе Сьоне более краткий, но удивительно похожий на них манускрипт … написанный примерно за десять лет до рождения самого Гийома Тиреля.
Естественно, это ставит вопрос, что на самом деле написал Тайеван? Был ли он просто удачливым плагиатором, или же по крайней мере автором тех рецептов из Viander, которых нет в Сьонской рукописи? Узнаем ли мы когда-нибудь?
Не смотря на свою древность, некоторые рецепты упомянутые в Viander в известны в современной кухне. Правда, в весьма модифицированном виде.
Холодный соус с шалфеем
В наши дни это блюдо превратилось в шалфейный суп-пюре, в котором вместо хлеба в качестве основы используется тыква или морковь.
Пришедшее в европейскую кухню через арабов, как блюдо для людей с ослабленным здоровьем, бланманже к XIX в. превратилось в миндальное желе.
Текст сьонской рукописи с переводом на современный язык.
Ответ на пост «Зайцы»
Недавно видел в метро, как два товарища, будучи в говно пьяными, пытались минут десять перелезть через ограждение возле турникетов. Полиция их специально не трогала - смотрели и ржали чуть ли не в голосину. Закончилось все тем, что более трезвый перевалил товарища через поручень и тот упал на пол уже на той стороне. И по видимому вырубился. Второй сел рядом и облокотился на колонну и тоже "выпал". Тут их и забрали.
Кумранская община. История раскопок и теории
Место Кумран, а так же рукописи, найденные в том месте, вызвали множество интересных гипотез и теорий в среде как религиозного, так и светского толка. Был даже момент, и даже считалось, что именно в Кумранской общине вырос Христос, и жил там до тридцати трех лет.
Конечно же, это не так, но мы начнем все по порядку, и сначала я хочу представить читателю историю обнаружения этого места, и как вообще завязались споры и исследования.
Местечко Кумран с высоты птичьего полета. Кто и как это сделал — ниже в статье
Чтож, представьте, что на дворе 1947 год, и вы местный антиквар, чья страна только недавно снова обрела землю и свободу, и который уже просек фишку, что европейцы любят древности. Да, вы — иерусалимский антиквар. И вот к вам приходят два молодых бедуина, чей караван транзитом проходит через ваш город, и рассказывают в духе рынков востока о том, что нашли какие-то тряпки неподалеку от побережья Мертвого моря, недалеко от Иерихона.
А рассказывают они следующее: шли они, значит, искать козу, отбившуюся от стада. Шли они шли, и наткнулись на дыру в земле. Бросив туда камешек, они услышали звук разбившейся посуды. Т.к. место было заброшенное, и, вероятнее всего, древнее, то мысли о несметных богатствах Али-Бабы и разбойников прокрались в их головы. Спустившись вниз, они нашли там только кучу сосудов с разными обертками внутри. Дабы придать ценности артефактам, они еще рассказывают о том, что изначально эти кожаные обертки пытались использовать как обувь, но те быстро рассыпались.
Итогом этого рассказа является покупка иерусалимского антикавара этих самых свитков в количестве семи штук.
Дальнейшая судьба этих рукописей разделяется: три из них уходят профессору иерусалимского университета, а четыре оставшиеся уходят в христианскую церковь, Митрополиту Афанасию, который раньше всех смекнул, что свитки имеют цену, и цену немалую. И хотя местные историки выставляют его на смех, он везет их в США, где продает за большие деньги (250 000 долларов) одному еврею, который потом распиарил эти тексты, и в 1948 году мир узнал о существовании клондайка знаний в месте Кумран, датировка которых явила свету документы певрого века до Рождества Христова.
Сразу же отправили туда кучу экспедиций, которые нашли уйму свитков и текстов, которые требовалось расшифровать. Находили свитки даже возле крепости Моссада. Но проблема была в том, что большинство текстов были разорваны на мелкие клочки, собрать которые требовалось большого труда.
Тут возникает вопрос: если свитки находили не только в районе Кумрана, но и в других частях региона, то почему именно кумраское поселение вызвало большой ажиотаж? А все потому, что там в 90% свитков хранились религиозные тексты, содержавшие не только тексты Ветхого Завета, но и частично тексты Евангелий. Но цельных текстов было всего одиннадцать из двадцати пяти тысяч фрагментов. Следовательно, задачей ученых сразу стало не только нахождение свитков, но и их систематизация, и объединение в единые тексты.
Но несмотря на то, что Иордания (которая до шестидневной войны владела этими землями) нейтрально отнеслась к раскопкам и поискам, власти ее так же не препятствовали и бедуинам, которые охотились за артефактами Кумрана даже быстрее археологов, что вызывало большие трудности у европейцев. Если для ученого и археолога эти свитки представляли, в первую очередь, знания и открытия, то для бедуинов это был лишний заработок. Тем более когда они видят, как белые охотятся за тряпками, и предлагают любую цену за них, то поневоле и сам начнешь искать тексты, дабы впарить их нерадивым приезжим. Собственно, приходилось их выкупать, благо были богатые деятели, для которых деньги не были проблемой.
В итоге всего за пару лет раскопок удалось определить хронологию некоторых текстов, датировка которых была от первого века до н.э., и заканчивалась третьим веком н.э.
Кумранский фейк
Первая экспедиция была знаковой не только потому, что раскопки приносили огромное количество документов и артефактов, как из Рога Изобилия, но и тем, что изначально переводом текстов занимались без особого энтузиазма. И хотя доступ к ним был ограничен, это не помешало парочке вольных переводчиков из Франции и Англии, которые решили хайпануть, и сказать, что они перевели часть свитков.
Переводчики заявляли, что в тех свитках, которые они перевели, содержатся рассказы о жизни и смерти Христа ДО рождения самого Сына Божия. Разразился скандал, подогреваемый теми, кто искал изъяны в христианстве. Шутка ли: на кону стоит история всего религиозного мировоззрения христиан почти за две тысячи лет!
Но данный вброс был быстро опровергнут тем, что во-первых, тексты никак не могли попасть к тем людям, а во-вторых, действительно, есть тексты Евангелия, но они датируются годами после Рождества Христова, и там содержатся послания, и никак не сама жизнь Иисуса. Несмотря на это, больше всех эту теорию поддерживал Советский Союз, до которого новости о Кумране доходили весьма долго. И когда фейк достиг страны советов, опровержение было давно опубликовано.
Вообще в СССР ограничились лишь небольшой статейкой одного из ученых о том, что свитки были найдены, и что это лишний раз доказывает теорию Маркса о котловане религий. На том и порешили, и продолжили клепать фейки.
Именно этот инцидент с лжепереводом повлиял на создание независимой группы переводчиков под покровительством Палестины, которые должны были не только переводить тексты, но и систематизировать по мере поступления свитков из экспедиций. Эту группу возглавил руководитель первой экспедиции 1951 года Ланкастер Хардинг, который и предложил публиковать все это в томах. Надо сказать, что с работой они справлялись, и в 1955 году вышел первый том. Сам цикл томов называется «Исследования в иудейской пустыне».
И хотя сам мистер Хардинг скромно отзывался о своей работе, описывая ее как долгую и кропотливую работу, которая займет очень много времени, публикации первых томов шли одна за другой.
Ланкастер Хардинг. В принципе он доволен тем, что уже попал в историю.
Но везде есть проблемы, и эту историю они не обошли стороной.
Дело в том, что торможение процесса расшифровки текстов было создано искусственно теми, кто имел доступ к свиткам. Эти люди специально тормозили публикации, дабы повысит цену своей работы и побольше набить машну.
Кроме этого после Шестидневной войны территория Кумрана была захвачена Израилем, и ученые, которые в основной массе были проарабскими, несмотря на разрешения и помощь новых властей, начали лезть в бутылку, хотя НИКАКИХ причин для этого не было.
Так что Хардинг был прав только в одном: работа была медленной и к 1990 году опубликовано было только двадцать процентов известных и скомпонованных данных. Т.е. за полвека было сделано минимум по сравнению с тем, что произошло потом, но об этом позже. Пока что предлагаю вам две теории, которые задали вектор в исследованиях.
Первая теория
Итак, раскопки идут, уже обрастая слухами и домыслами, но толковой мысли о том, кто же тут жил — не было. Волей случая руководителем экспедиций после Хардинга вплоть до 1956 года был французский монах Ролан де Во (или де Воа, везде пишут по разному). И он, и Хардинг, работая на раскопках, связывали пещеры с найденным заброшенным поселением, которое находилось недалеко от этих самых пещер. Логически рассудив, что скорее всего эти рукописи были созданы, или перенесены в пещеры из этого местечка. Не встретив сопротивления в лице ученых, работавших с ним, он начал развивать эту идею, исследуя уже само поселение.
Ролан де Во радуется хорошему развитию своей теории.
Он предположил на основе первых найденных свитков, которые и подтолкнули людей на создание экспедиций, что в Кумране находился самый что ни на есть монастырь. Будучи сам монахом, и изучая ранее как средневековые, так и античные документы, он четко для себя, и для других впоследствии начал определять, что где находилось. Он даже определил, что одном из подвалов был скрипторий, где эти монахи и занимались переписыванием текстов.
На вопрос: «какие нафиг монахи в первом веке до Рождества Христова?», он выдвинул гипотезу, что это была секта ессеев, о которой писал еще Иосиф Флавий. А писал он примерно следующее: что это иудейская секта, и что они, то есть ессеи, жили вдали от городов, строго мужским коллективом, и все нужное изготавливали сами.
Ну чем не прообраз монахов? А еще и первые найденные свитки текстами похожи на манеру написания ессеев.
В общем, монах все настолько точно и четко описал, что люди поверили, и это стала наиболее популярная версия до определенного момента, а точнее до шестидневной войны.
Вообще, все исследования можно разделить на два периода — период до войны Израиля, когда Кумран был паленстинской землей, и период после, когда многие ученые стали иметь возможность приехать на раскопки.
Стоит так же заметить, что Ролан де Во сделал это заявление, когда расшифрована была лишь малая часть текстов, и так уж вышло, что это были в основной массе религиозные творения. Позднее начали находить и свитки, содержание которых было сродни торговым контрактам, или домовым книгам. Позднее и вовсе эту идею отверг один ученый, представивший миру более весомые доказательства, нежели это: «О, гляньте! Тут плиты обвалены, это что-то типа лавочек, за которыми сидели переписчики! А это - подобие бассейна, в котором омывали и, возможно, крестили людей!»
Вторая теория
А пока идея с монашеской общиной развивалась, на другом конце света, в США жил ученый, который начал сомневаться в этом, основываясь на поступающей информации из Палестины. Его звали Норман Голб.
Для начала он начал собирать информацию вокруг Кумрана. То есть он решил исследовать территорию основываясь не на текстах, а на том, что находили еще помимо манускриптов.
Первым делом он нашел источники, в которых описывались события, в которых фигурирует Кумранский район, и нашел почти сразу: В одной из книг, а именно Маккавейской, он находит факт, в котором первый правитель Маккавеев приказывает соорудить цепь крепостей для защиты своих земель, и Кумран как раз очень сильно приближен к одному из описаний. Плюс место как раз идет по линии этой цепи.
И хотя это было ему сложно делать вдали от Кумрана (палестинцы не пускали его на свою землю), он все же выяснил, что в поселении найдено подозрительно мало чернильниц — всего одна! Еще были найдены стеклянные изделия высшего качества, что было не свойственно тем самым ессеям, которых всячески пытался туда «поселить» Ролан де Во.
Еще одно зерно сомнений закралось Норману с того факта, что к середине шестидесятых было отмечено более пятисот почерков на свитках, а даже сам автор первой теории говорил, что число постоянно живших людей там было от 50 до 150 человек. Но не все же они занимались переписью текстов!
Кроме этого для людей на самообеспечении есть и более насущные дела, например как не помереть с голоду.
Все это заставило Голба задуматься о том, что скорее всего здесь была небольшая крепость. Его теории удалось развиться благодаря все той же шестидневной войне, после которой он уже самостоятельно полетел на раскопки.
На месте он демонстративно указывал на то, что Кумран был разрушен не временем, а боевыми действиями во время войны с римлянами, а башня Кумрана построена в военной стилистике: она была возведена так, что ее дно и основание было выложено камнями во избежание подкопа.